Королева Депрессия

- Я не вижу ничего, так что в некотором роде, вы даже больше сражатель, чем я, - сказал он ей.

И быстрым движением, отталкивая женщину, метнулся к выходу. Он сбежал по длинной лестнице и завидев дверь, бросился к ней.

- Уже уходите, - окликнул его голос за спиной.

Гоззо обернулся: недалеко от него, с чашкой чая в руке и в домашнем халате, стоял тот мужчина, как его там, Джозеф Голстберг.

- Простите за мою невоспитанность, но я не тот, кто вам нужен, со мной вам не возродить сражателей, - сказал Гоззо и схватил ручку входной двери.

- Но мы не хотим их возродить, мы хотим их уничтожить… И вы именно тот, кто нам нужен, Эния.

Гоззо обернулся.

- Уничтожить?

- Разрушить память о них, истребить все печати, прервать этот род навсегда, - мужчина подходил к нему все ближе и ближе. - А самое главное, вернуть острие его законным владельцам, - с этими словами мужчина вытащил из внутреннего кармана перевязанное тканью острие, - так что, задержитесь с нами ненадолго, нам есть о чем потолковать...

Гоззо сидел за столом и пил чай.

Его рука немного тряслась, слегка расплескивая воду: последствия удара острием. Обычно, печати находят его по очереди, давая мозгу спокойно усвоить информацию. Сейчас же на него обрушился поток такой информации, что до сих пор все не могло уложиться в его голове.

«Я мог погибнуть», - думал он, глядя на трясущиеся руки.

Рядом сидел Джозеф Голстберг и курил трубку. Его жена и дочь гремели посудой в столовой, накрывая на стол.

- Через свои связи я легко смог забрать острие из вещдоков Изусы.

У нас была назначена с ним встреча. Как вы знаете, сражатели больше не пользуются книгой встреч и приходится строить планы встреч на годы вперед. Но Изуса не явился. Тогда я стал изучать новостные сводки – не зря про нас говорят, если произошло что-то странное – ищи рядом сражателей, - улыбнулся мужчина.

Гоззо не смог выдавить из себя улыбку для приличия.

— Значит, вы не кололи ее острием, - спросил Гоззо, указывая на дочь мужчины, хлопотавшую с расстановкой обеденных принадлежностей.

- Ни в коем случае, - сказал мужчина, - печати калечат душу. Я подробно изучал этот вопрос: мы оставляем частичку своей души в острие, лишая ее отдыха и восстановления. Душа Изусы уже вся порвана в клочья, и он держится на земле, питаясь силой существ мира Даэху. Он душа паразит, как и другие сражатели.

Из года в год я нахожу чужие печати и уничтожаю их, желая покончить с этим. Знать - это проклятие. Я убедился в этом на своем примере.