Неистовое пламя. Повелитель Тьмы

– Так что же ты хочешь узнать в первую очередь? – заговорил профессор, – Я вижу твое рвение и понимаю, насколько тяжко было держать все вопросы в себе, не имея возможности узнать на них ответы, – он укоризненно посмотрел на Мэй, но девушка даже бровью не повела, – Честно сказать, я в замешательстве. Твоя история исключительная. На моем веку, мне ни единого разу не попадался маг, не знающий своего предназначения, будущего и даже прошлого…

– Некому было мне об этом рассказывать, – проговорил Сэм и опомнился, – К тому же, я не могу быть единственным экземпляром во всем мире, не знающем о магии, поэтому я искренне надеюсь, что это все какая-то ошибка.

– Уж не знаю, разочарует тебя это или обрадует, мой юный друг, – ответил директор, – Но ты действительно имеешь магические корни. Теперь я тоже это вижу.

– Профессор, вы уверены?

– Не стоит так официально ко мне обращаться, – сказал мужчина, – Статус профессора больше подходит для общения с магами моего возраста. Ученики могут звать меня директором Форрестом, это все-таки больше подходит к моему роду занятий.

Сэм кивнул и нахмурил брови, вынужденный повторить свой вопрос:

– Так, вы точно уверены?

Директор кивнул. Настроение юноши упало. Если спорить с настолько уверенной в том, что он маг девушкой было еще приемлемо, то после того, как к ней присоединился начитанный и опытный в этих делах глава магической общины, это стало абсолютно невозможным. Но надежда все еще теплилась в его сердце.

Пускай немного, но все же…

Сэм стряхнул с себя оцепенение и задал первый интересующий его вопрос:

– В таком случае, я хочу знать о магии и о том, какой она бывает, – произнося все это вслух он чувствовал себя полным идиотом, но глаза было не обмануть: он видел как Мэй создавала настоящее пламя одними лишь ладонями. Магия существует, и с этим необходимо было смириться.

– Вполне разумно, – директор поднялся.

Он достал с ближайшей полки четыре книги в коричневых переплетах и положил их на стол.

Каждая из них тут же открылась сама собой и явила пестрящие картинки, парящие в воздухе, словно 3D голограммы. Первая книга показала трехмерное изображение водопада, чьи воды струились вниз и с шумом опускались в заводь. Вторая книга явила настоящий чернозем и плетущиеся корни прекрасных растений. Третья же книга горела огнем, ее страницы буквально тлели и восстанавливались, делая это лишь затем, чтобы загораться вновь и вновь.