Города позабытого Детства

Тётя требовала, чтобы Виталик садился на маленькую кушеточку у её ног, и принималась расспрашивать его, сначала о проведённом времени – о школе, домашних делах, о друзьях – товарищах, потом о планах на будущее. При этом тётушка всегда сердилась, говорила, что Виталий теряет время на пустые игры и общается со всяким сбродом, вместо того, чтобы подумать о будущем. А ведь ему уже тринадцать лет! Надо срочно занимать полезную нишу в обществе и поднимать планку своего образования и жизненного опыта вообще.

Мама при этих разговорах согласно кивала и скорбно смотрела на сына, словно он уже прожёг свою жизнь и стал каким-нибудь карманником или бомжом.

В общем, идти к тётушке, от которой в будущем зависело их с мамой финансовое благополучие, Виталику совершенно не хотелось. И он с ожесточением швырял вещи на кровать, вместо того, чтобы аккуратно сложить их в шкаф.

Но когда окно с хрустальным звоном распахнулось, впуская весенний воздух, Виталик замер с вывернутой футболкой в руках, а когда на подоконник шагнула – словно принесённая весенним ветром – Хрустальная Девочка, Виталик футболку и вовсе уронил…

Стоя у зеркала, встроенного в дверцу платяного шкафа, Роза Львовна придирчиво осматривала выбранную белоснежную блузку.

Ну, пусть не совсем белоснежную – белых блузок у неё всего четыре штуки, и все они так быстро пачкаются, а отстирывать и отбеливать их – поистине мучительное занятие. И потом, этот материал моментально изнашивается и рвётся… Но к Кларе Афанасьевне нужно идти именно в белой блузке. Однажды Роза Львовна рискнула одеть в гости к ней светло-голубую кофточку, новую, очень скромную и, по мнению самой Розы Львовны, очень симпатичную. Но старуха смотрела на выбранную вещь с откровенной неприязнью, разговаривать почти не стала, сославшись на сильную головную боль, и вообще сократила время визита до минимума. То есть осталась недовольна.

А Розе Львовне необходимо было одобрение Клары Афанасьевны. Потому что после этого одобрения, слащавой улыбки и предложения присесть в пыльное неудобное кресло, следовало угощение чаем и разговор о прошедшей неделе.

А за всеми этими разговорами рано или поздно должно было последовать и наследство. И потому она, Роза Львовна, мать-одиночка, как она привыкла считать после ухода своего непутёвого мужа, сделает всё, чтобы обеспечить им с сыном достойное существование. Тем более, что других родственников, ни дальних, ни близких, у старой Клары нет.

Роза Львовна мучительно сжала виски.