Беата умрет последней

– А, какая теперь разница. Можно и рассказать. После отъезда из Хисшира я потеряла свой колдовской дар. Он уменьшался, ослабел и почти растаял. Осталось совсем на донышке.

– Этого не может быть. Дар либо есть, либо его нет, – не поверила Беата.

– Что б ты понимала в темной магии, – фыркнула Валери, – колдовской дар может украсть другая ведьма. Я этот вопрос изучила, как следует. Поначалу я пыталась его увеличить разными средствами, но эффект был временный и нестабильный. Голди варила мне укрепляющие зелья, заряжала амулеты и давала Гекату для колдовства.

Мне удавалось вытягивать магию из чужого фамильяра. Но вечно так продолжаться не могло. Это все равно, что жить впроголодь, на милостыню, кидаемую прохожими. Ненавижу бедность. И унижаться тоже ненавижу.

– Почему ты рассказала только Голди о своей беде? – возмутилась Беата. – Мы с Адой тоже помогали бы тебе!

– Ничего я не говорила, Голди сама заметила, что я вру, – отмахнулась Валери, – она всегда была чуткой, не то, что вы, две тетери.

Она тянула меня изо всех сил, а вы осудили мое «дурное» поведение и свалили варить свои травки и тискать белых кошек. Наконец я нашла подходящее заклинание, чтобы украсть чужой дар полностью. Проще всего было стащить его у знакомой ведьмы, но у кого? У Адалинды дар был слабым и убогим, а с тобой мы почти перестали видеться.

– А иначе украла бы?

– Наверное. Ты же меня бросила и плевать хотела, как я там живу, – Валери усмехнулась, – но я не со зла, мне просто нормальной жизни хотелось.

– За чужой счет. Так что ж было не украсть дар Голди?

Валери помрачнела.

– Веришь, нет, а совесть у меня все-таки имеется. Я не смогла обречь ее на это унижение. Мы с Голди продолжали дружить, она все время пыталась помочь, утешала, поддерживала. Хранила мою тайну ото всех. Не могла я ее обокрасть. Так что я решила вытянуть дар у одной древней старухи. Ей все равно умирать было скоро. Только меня никто не предупредил, что ведьма может сопротивляться.

Старуха меня и уделала.

Беата покачала головой и вздохнула.

Валери всегда была бесшабашной и дерзкой, ей даже в голову не пришло, что ей дадут сдачи. Но кто мог украсть ее дар? А не демон ли? Если уж он обрек Беату на страдания, мог и Валери навредить, просто чтобы посмотреть, как она мучается.

– Демон в Хисшире был призван на нашей поляне, одной из нас, – хмуро сообщила она, – он мог незаметно навредить тебе.