История вторая: "Ведьмин Круг" ver:1.03 (FuLL)

— Печать исцеления не всесильная, тем более ожоги... Они не исчезнут.

— Я... Мы можем ей как-то помочь? — я прижался к стене. Мое настроение окончательно пропало.

— Я посмотрю, что с ней, если ты конечно не против, — призрак подбадривал меня как мог. Я с радостью воспринял его помощь. Яр исчез и появился в палате, склонился над кроватью, разглядывал девушку несколько секунд. Она не шевелилась, видимо спала. Жаль, что отсюда я не вижу её лица, её глаз. Только силуэт под тонким покрывалом и часть левой руки.

— Все очень плохо. Не думаю, что барышня вернётся к своему изначальному виду, уж больно сильны её ожоги.

Я потупил взор.

— Ладно, выкарабкается как-нибудь, не зря же сама молила меня о спасении, — я хотел улыбнуться, но не смог. Повисла напряжённая тишина, которую прервала невесть откуда взявшаяся медсестра с моего отделения:

— Ярцев? Роман! А ты откуда здесь? И почему режим нарушаешь?

— Не нарушаю, Светлана Викторовна, — я виновато чесал макушку.

Я показательно ударил себя в грудь и еле сдержал спазм. Кости-то срослись, а вот фантомные боли проходить пока отказывались.

— Ох, уникум ты наш, а ну марш на свой этаж!— она сменила показательно строгий тон и шепнула на самое ухо. — Завтра тебя будут выписывать, так что иди собирай вещи потихоньку.

Тычок в спину придал мне не только верный вектор движения, но и скорость. Яр увязался следом:

— А вот эта барышня и ничего, я бы на твоём месте за ней приударил.

— Меня больше другое волнует, — я старался говорить краем рта. — Что мне теперь с глазами делать?! Похоже, врачи здесь мне помочь не могут, и твоя печать пока не особо сильно помогла.

— Не бойся, друже, на все надо время.

Я сплюнул в сердцах. В который раз растер глаза. Больше всего на свете я не любил ждать.

Глава 5. Народные мстители

Яркая зелень листвы опять ударила по глазам, я пришёл в себя от дуновения ветра, коснувшегося моей щеки, в легком поцелуе. Мой план работал, но радость от этого омрачилась его исполнением. То ли Яр перестарался и забросил меня слишком глубоко, то ли я в этот момент думал о чём-то левом, но в результате всех наших манипуляций я оказался не в штабе у картины, а, как и в первый раз, в тылу врага.