Самый главный Дар

Он сразу же подписал Контракт, и рассыпался в комплиментах и благодарностях, пока Агата, стаканчик за стаканчиком, выпивала воду из офисного кулера. Ангельский шеф залечил ожоги, но остался неумолим и выдал бумаги для нового клиента.

Мир Шаванега: постоянный сумрак – россыпи звёздных обломков, едва тлеющих, грозящих погаснуть в ближайшие столетия, давали сине-серый, неяркий свет; смердящая жижа болота с гнилыми брёвнами, наполовину утонувшими в ней; огромные, жирные мухи, с грозным жужжанием проносящиеся над головой и блестевшие зелёным и синим пузом.

В зловонной жиже кто-то шевелился, пускал пузыри и поблёскивал из под брёвен едва видными, чёрными глазками, так что Агата, хоть и пришла в защитном комбинезоне цвета хаки и высоких резиновых сапогах, встала на подходящем сухом клочке лысой земли и ни в коем случае с него не сходила. Клиенту же, (Орион Нереидович сказал, что это болотная хтонь), увиденное явно пришлось по вкусу. Он вопросительно булькнул на предмет осмотреться и получив разрешающий кивок, скинул нечто вроде длинной, в пол накидки -костюма, в котором он пришёл в офис конторы «Ясный Дом». Под накидкой хтонь оказалась – или оказался? – настолько нелицеприятным, что Агату, стоически терпевшую болотную вонь, едва не стошнило. Клиент погрузился в масляно поблёскивающую жижу, и некоторое время отсутствовал. Когда Агата уже забеспокоилась, что хтонь утонула или её там кто-то съел, неприятное существо вынырнуло, воняя хуже, чем всё окружающее, подобно псу отряхнулось – Агата еле сдержалась, чтобы не отшатнуться от полетевших вокруг капель – и напялило свой костюм – накидку. Девушка заметила, что у клиента непрерывно двигается то место, где у людей располагался рот. Кажется, кроме «осмотреться», хтонь ещё и подкрепилась, кого-то в болоте сожрав. Сдав клиента Рапсодию для подписания контракта, Агата закрылась в туалете и яростно вымыла все части тела, которые могла себе позволить в небольшой мелкой раковине.

Мир Безнадёжный: сумрачный лес – сухая, колючая трава. Тут и там камни, покрытые старым мхом.

Мёртвые деревья, скрипящие ветвями, ощеренные дуплами, как беззубыми или наоборот – зубастыми ртами. Холодный, липкий туман, ползущий по траве и липнущий к ногам и одежде. И вздохи. Неясно откуда, постоянно раздающиеся вздохи и стоны. Тоскливые, плачущие, жуткие. У Агаты волосы вставали дыбом, и по спине ползли крупные мурашки ужаса. Впрочем, существо в балахоне, осматривающее этот мир, вызывало у девушки точно такое же ощущение.