Метаморф 3. Открытый мир

У телекинетиков, что, ухватки всегда одни и те же? Неужели поблизости Шура!? Она здесь!?

Даже забыв о возможной опасности, я принялся лихорадочно озираться вокруг.

-Кто такие!? – рявкнул в нашу сторону соткавшийся буквально из воздуха короткий тип в сером тулупе и бирюзовой шапке-ушанке.

Возрастом где-то за сорок пять лет, он выглядел словно вырвавшийся из книжек Толкиена гном – такой же широкий и бородатый, как было описано в сказках. И пусть косую сажень в плечах низенький мужик явно заимствовал у тулупа, красная пропитая рожа точно была его собственным достижением.

Недовольный рык «гнома» прозвучал с такой сдерживаемой свирепостью, словно в завязке он находился последних месяца три-четыре. А то и пять.

Что сказать? Водка – зло. Пьёшь её – нехорошо. Перестаёшь пить – тоже грустно. Всюду клин.

-Свои мы! – испуганным зайцем крикнул долговязый «терминатор», продолжая трепыхаться вниз головой. Я как раз составлял ему компанию, благодаря чему вдруг обнаружил, что задирать нос в некоторых случаях может быть полезно.

В частности, когда на тебя устраивают налёт с воздуха, а ты до последнего момента ни сном, ни духом.

Остальные из «принимающей» группы уже снижались, чтобы приземлиться от нас неподалёку. Знакомая картина – Шура таким же способом выводила товарищей из-под удара во время разборок. Лорд в тот раз переборщил с бойцами ближнего боя, в результате чего на летающих противников те могли, разве что, тявкать. Ну или попробовать поколотить единственного бойца, которого забыли тогда на земле – меня, то бишь.

Мне тогда изрядно досталось на орехи.

С моего ракурса было сложно разглядеть, кто есть кто среди «пограничников» – однако единственную среди них женскую фигурку я опознал бы и в зимнем тулупе, и в надвинутой по самые брови шапке.

-Шура! – крикнул я, затрепыхавшись в воздухе, отчаянно пытаясь перевернуться в приличное положение, - Это я-я-яаумгм!

Телекинетик среагировала на резкое телодвижение, как обычно, мгновенно – макнув меня в сугроб с головой. Я выплюнул набившийся в рот снег и продолжил попытки дозваться до этой, грхм.

.. реактивной. Заразы. В заднице. А то с неё сталось бы ухудшить наше положение ещё больше, причём безо всякого смысла и пользы. Она же теперь не могла увидеть, что я – это я! А значит, была склонна к зверствам, уж я-то знаю.

Единственным плюсом было то, что я продолжал слышать происходящее, даже с погружённой в сугроб головой. Улучшенный слух вовсю отдувался за то, что мне не удалось засечь засаду с воздуха.