Петербургские истории

– Ты слышала? – тут же оживилась Люська, – Анка собственными глазами видела, какие у Писецких сокровища спрятаны!

– Ты что, дура?! – я покрутила пальцем у виска, – да кто в здравом уме эту прошмандовку на порог пустит?! Вот ты, например! – показала лопаткой на соседку, – представь, что ты богата: огромная квартира, дом – полная чаша, пара шубок в шкафу и вообще, все путем.

Люся кивнула и зажмурилась. Через минуту на ее физиономии расплылась блаженная улыбка.

– Ну вот. А теперь представь, ты что, совершенно чужую бабу с дурной репутацией в квартиру пустишь, и все свои вещи показывать будешь?

Она резко распахнула глаза и отчаянно покрутила головой.

– Во-от! Так ты что, теперь веришь в то, что эта идиотка тут втюхивала?!

– Нет!! – от осознания подставы Люся даже вспотела и грязной ладонью вытерла лоб.

Фарш обжарился и зашкворчал. Я высыпала лук и продолжила помешивание.

– Вот и думай, кто тебе говорит, что и зачем.

Она поставила целую кастрюлю на плиту и кивнула своим мыслям:

– А действительно, зачем это Аньке?.

Я пожала плечами, добавляя в сковороду томатную пасту и специи:

– А хрен ее знает…

Потом поразмыслила и добавила:

– А видела, какая у нее кастрюлька новая?

– Ага. Модная, зелененькая!

– Ну вот. Эту кастрюльку ей новый сосед из квартиры напротив подарил, когда Анка ему все-все про соседей рассказала.

– А что за сосед?

– Артист какой-то вроде, Анна сказала.

– Вот как? То есть, она ему информацию, а он ей – кастрюлю? Так, что ли?

– Именно. И сразу после этого ченча[1] Варфоломеевна и начала чудить.

Собрала готовый соус в соусник, залила водой грязную сковородку и отправилась ужинать. Бабушке поведала о разговоре в кухне. Та только кивнула:

– Я, пожалуй, предупрежу Писецких, пусть знают о такой проблеме.

Мы мирно ужинали, когда в дверь постучались.

– Юдифь Георгиевна, – в голосе Димы сквозило неприкрытое почтение, – вас к телефону, некто Мельников.

– О, – мы удивленно переглянулись, и бабушка встала, – иду, спасибо.

Она вышла, а я продолжила трапезу, теперь размышляя, что понадобилось следователю и что на всякий случай надо что-нибудь испечь.

Майор Мельников нанес нам визит на следующий день, вечером. Поздоровался, принял приглашение выпить чаю. Когда последняя ватрушка была съедена, гость перешел к делу:

– У школьного друга проблемка образовалась, как раз по вашей части. Мужик хороший, надежный, а дела там такие, что даже мне, признаться, боязно.