Где бы ты ни был

Стопу сразу же схватило мерзким мокрым холодом. Медленно поднялся по ступеням, сочно чавкая на одну ногу, посветил фонариком на дверь. Над ручкой белела полоска бумаги.

Печать. Свет в опечатанном снаружи доме может удивить, если не знаешь нюансов. Мне сразу стало спокойнее. Я осмотрел печать внимательнее. Просто бумажная, без пломб, и то хорошо. Я аккуратно потянул бумажку за угол… О как, ещё и с клеем не морочились. От сырости печать легко отклеилась, не оставив и следа на двери. Я медленно открыл дверь.

Он сидел за столом, подперев синей лапой подбородок, склонив голову. Из глубоко посаженных глаз катились слёзы, капая на столешницу крупными каплями.

— Жора… — тихо сказал я. Жора поднял на меня глаза и уставился тяжëлым взглядом.

«Прекрасно, он меня не узнаëт, — подумал я. — Скажи уже что-нибудь, или он тебя на части порвëт».

Стоило мне набрать в грудь воздуха, как лицо Жоры с угрожающего сменилось на грустное. Поднявшись со стула, он промычал что-то так жалобно, что у меня перехватило дыхание.

Подошëл ко мне и обнял. Прижал, воя на всю избу, к синей груди, а я чувствовал, как горячие слëзы капали мне на макушку. От этого и у меня глаза стали мокрые.

— Жора, родной, — прошептал я. — Узнал таки друга своего старого!

Жора отпустил меня, взъерошил мне волосы на голове. Улыбнулся сквозь слëзы.

— Вот что, Жора, — сказал я. — Ты поедешь со мной. Будешь жить у меня дома.

Жора радостно закивал.

— Прощайся с домом и полезай в картину, — велел я.

Жора на прощание прошëлся по дому и, грустно вздохнув, полез к себе.

Нам надо было торопиться, но я не мог не посмотреть ещë раз на это маленькое чудо. Как только его могучее тело полностью погрузилось в холст, он стал двумерным. Немного поворочавшись, принял свою привычную позу на протянувшейся на фоне гигантских листьев лиане с бананом в руках и застыл, будто всю жизнь и был скоплением мазков масляной краски.

Теперь Жору надо запаковать. Я осмотрелся вокруг… Гляди-ка, старое одеяло должно сойти.

Я аккуратно снял картину со стены… Тяжëлая. В молодости я работал продавцом в магазине бытовой техники, приходилось таскать в одиночку огромные телевизоры, так что мне было не привыкать. Аккуратно положил Жору прямо на кровать, укутал в одеяло.

«Теперь точно не замëрзнет», — подумалось мне, и я улыбнулся.

Под кроватью нашëл бельевую верëвку, аккуратно перевязал свëрток. Всë, теперь нужно драть когти отсюда. Я потушил свет в избе, и вытащил Жору на крыльцо.