Озеро во дворе дома

Его увезли, а фигурки – не пропадать добру, – мы к ключам прицепили. Слава богу, больше Дериктор на работу не приходил. Говорят, бедного всего разрезали, причину искали, почему восстал. – Тетка понизила голос – Но так и не нашли.

Тетка, закончив монолог, вдруг опять завыла по волчьи: у-у-йо-у, у-у-йо-у, у-у-йо-у! Лау поежился, неприятный волчий вой резанул по ушам, а она продолжала заливаться: у-у-йо-у, у-у-йо-у, у-у-йо-у! Воровато оглядевшись, он убедительно взлаял по-собачьи. Тетка мгновенно заткнулась, посмотрела виноватыми глазами и молвила:

– Так вы идите.

Лау поднялся по скрипучей лестнице на третий этаж. Лампочки здесь горели через одну. Он нашел тридцатую дверь, открыл и сразу почувствовал сырой запах штукатурки. Включив свет, обнаружил, что комната пуста, стоят ведра, кисти и кули  сухим раствором. Нехорошо тетка шутит, неодобрительно проворчал  и спустился в холл.

– Что же вы так надо мной изволите шутить, заселяете на третий этаж, в номер, в котором ремонт делают.

– Как ремонт делают? – удивилась администраторша.

Он объяснил. Тетка вздохнула с облегчением:

– Так вы промахнулись с этажом. Вам на второй, а вы на третий поднялись. Вы не обессудьте. В нашей гостинице постояльцы часто этажом промахиваются. Потом привыкают. Идут на третий, а попадают на второй, и наоборот. У нас гостиница с чудинкой.Ваш номер на втором этаже тринадцатый.

– Однако на третьем  то же есть тринадцатый номер, – удивился Лау. – Получается, на двух этажах есть два номера под тринадцатым номером.

– Нет, один, это двенадцатый, а следом тринадцатый. Просто таблички сами местами меняются, а бывают и раздваиваются. На двух номерах бывают одинаковые. Мы привыкли, в этом нет ничего страшного.

– Что за чертовщина, – недовольно ворчал Лау. – Вот попал в командировочку. Вся эта чертовщина уже стала откровенно надоедать. Хотелось спать, ночью в поезде плохо спал.

На втором этаже он прошел мимо номера с цифрой «13» и подошел к следующему номеру с такой цифрой «13» и с опаской вставил ключ в замочную скважину.

Дверь нехотя отворилась, явив малюсенькую комнатушку, с двумя кроватями, посредине   тумбочка с непременным подносом  с пустым графином и двумя стаканами. Еще в комнатушку сумели воткнуть шкаф с двумя стульями.

Непрерывно зевая, Лау,  сунул сумку с вещами в шкаф и, раздевшись, юркнул под одеяло. Однако, едва  голова коснулась подушки, как сон пропал. Он повертелся и понял, что не уснет.