Взмах крыла феникса

Неро отстранился, всё еще не веря, что нашел подругу и возможно сестрёнку живой.

— Нико! — улыбнулась я обнимая подругу, — как обстановка в городе и каким образом меня так быстро вычислили демоны?

— Тот, кто ими управляет хитёр и умён как дьявол, — ответил недовольно поморщившись Неро, — скорее всего другие дороги из города тоже заблокированы.

— Но я фактически не оставляла следов! Я чувствовала, что демоны далеко и передвигалась наземным транспортом.

— Вот-вот, поэтому проще было контролировать все выезды и вылеты из города.

Тебя обложили по-полной, подруга.

— В городе я меньше суток!

— Кому-то ты позарез понадобилась, — ответил Неро, — идём, из города по-любому не выбраться. Дальше стоят кордоны.

— Кого убила на этот раз? — невинно поинтересовался Неро, когда мы разместились в фургоне.

— Каких-то отморозков и насильников, — пожала я плечами.

— Ты в розыске, ага… Конечно, аутодафе устроила прямо на границе территорий двух банд! — заржала Нико, стуча ладонью по рулю, как всегда мчала она около восьмидесяти, — мало нам демонов.

— Весело ничего не скажешь. — Хмыкнул Неро. Мы завернули куда-то в сторону, по бокам высились темнеющие громады приземистых построек, узкая улочка, в свете фар обнаружилась высокая фигура в плаще, которая стояла посреди дороги.

— Нико!

— Да вижу! — фургон занесло, бок высек из стены сноп искр, незнакомец скользнул в сторону. Мы резко остановились, дверь открылась впуская ночного гуляку. Закрыв за собой дверь он уселся напротив, придерживая катану, лицо скрывала тень капюшона.

Но я и так знала кто это. Сердце сжало в тиски боли, а на губы легла горечь, пистолет мгновенно прыгнул в руку. Ствол Мизерикордии смотрел прямо ему в лоб.

— Назови хоть одну причину не пристрелить тебя прямо сейчас?

— Эй-эй, Огонёк, остынь подруга!

— Лейла! — между кресел метнулся Неро, пригибая ствол пистолета к полу широкой ладонью, смерив меня гневным взглядом, — он мой отец, ясно? Уймись.

— Полагаю, у неё есть вполне веские причины желать мне смерти, — губы мужчины складываются в улыбку, от которой сердце готово разорваться, а горечь на губах стала невыносимой.

Пистолет вернулся в кобуру.

— Ты даже не представляешь насколько, — собственный голос кажется чужим. Неро уселся на своё место боком, контролируя ситуацию и готовый в любой момент вмешаться. — Куда брата дел, или новое деревце посадил на нём?

— Данте где-то в городе, — ответил Неро за отца.