Взмах крыла феникса

В укромных нишах гулких тоннелей стояли кем-то зажжённые частично оплавившиеся свечи. Значит, здесь находятся те, кто их сюда поставил и не умеют видеть в темноте, как демоны. Снова прозвучало тихое хихиканье, на этот раз с трёх сторон и шлепанье босых ножек по бетону. Подобравшись, охотник на демонов взмахнул мечом, обернувшись на шажки за спиной.

Перед ним стояло на двух кривеньких ножках нечто, похожее на человеческого младенца с бледной кожей, злыми желтыми глазками и кучей игольно-острых зубов в маленькой пасти.

Пухлые детские пальчики оканчивались острыми когтями. Тварь издала коротенький смешок и с немыслимой скоростью метнулась к Данте. Коротко хекнув, охотник разрубил демоненка на две неровные половинки, топот рядом предупредил о нескольких нападающих.

Через пять минут скоротечного боя Данте, понял, что такое он видит впервые. Жуткая демоническая малышня нагнала на него страху. Он скривился, ощупав глубокие царапины на шее и левой щеке. Если бы не его скорость, лежать бы ему с распоротой шеей.

Дальнейший путь прошел почти без происшествий. Но огромном пространстве перед корпусом завода терялись остовы брошенной полусгнившей техники. Рядом с ковшом экскаватора стояло несколько бочек из-под машинного масла, в котором весело плясал огонь. Рядом с ними устроили лёжку местные бомжи. Они недобро сверкали глазами, уставившись на вышедшего из входа в коллектор Данте.

— Эй ребята, вам не кажется, что тут находиться небезопасно. У вас там демонические карапузы по трубам носятся.

Шли бы вы отсюда.

— Это он! — вдруг заверещал один из оборванцев неестественным высоким голосом, — убить его! — громыхнул мощный рычащий бас. Бродяга словно сбросил кожу, человеческая плоть осыпалась на землю невесомой трухой, а перед Данте предстал двухметровый демон с хвостом змеи, в руках он держал короткую пику из тёмного металла.

— Ух ты! — Данте невесело усмехнулся, осмотрев поле боя спустя какое-то время. Пять трупов явно демонической природы с огнестрельными и резано-рублеными травмами, несовместимыми с жизнью.

Вспоротые туши отвратительно смердели и исчезать не спешили, по земле растекалась тёмная кровь.

— Ладно, пора зачистить этот гадюшник!

*Спустя какое-то время и кучи убитых демонов*

В полутёмном зале нашелся змеедемон, который увлечённо потрошил какого-то невезучего человека-бедолагу, подвешенного за руки-ноги на крестовине из арматуры в центре какой-то ритуальной схемы.