Секреты покинутого мира

Правда. Какой горькой она бы не была, являлась таковой: несмотря на то, что вампир спасал меня (множество раз), несмотря на безумное влечение к нему, когда он рядом (побочное действие укусов), я его не любила.

— Конечно, — горько произнес мой тюремщик, — ты влюблена в свою смерть…

Холод пропал, оставляя чувство пустоты после себя, верный признак того, что Годфри покинул коридор.

Стало и легче, и тяжелее одновременно. Мы оба страдали. Годфри оттого, что слишком много поставил на вероятную связь через кровь вампира, а я на легкое избавление от чувств, глубину которых не оценила в силу возраста и неопытности.

Рэй Стоун был моей первой любовью, и до сих пор ею оставался, хотя теперь мы плотно стояли по разные стороны баррикад. Я вообще сейчас стояла отдельно ото всех иных, вместе взятых, и если говорить откровенно — были миры и я одна против их интересов.

Тяжело вздохнула. Потерла лицо, возвращая себя в реальность. Поднялась с каменного пола. Осмотрела место, в которое волей случая закинула меня судьба.

На окнах комнаты стояли кованые решетки, заговоренные, иногда боковым зрением можно заметить голубоватое свечение всполохов энергии. На каменных стенах висели тяжелые гобелены, вытканные на них монстры застыли в позах, побежденные рыцарями-вампирами, на крюках металлическое оружие, головы животных. Стены, как и пол тоже имели магическую подпитку, хотя лично я такую древнюю магию распознавать еще не научилась. Годфри создал все условия, чтобы никто и ничто не могло проникнуть к невесте вампира.

Я не удержалась и выглянула в окно. К разворачивающейся передо мной картине невозможно было привыкнуть. Потусторонний мир, в котором я очнулась, даже отдаленно не походил на наш. Хотя Стольм сложно назвать солнечным (расположение в северном горном штате сказывалось на погоде), он, тем не менее был гораздо более радужным, наполненным цветом, светом и запахами, нежели родина Годфри. И если мой город можно было охарактеризовать цветом серым, вперемешку с зеленью обширных лесов и белизной снегов, покрывающих макушки гор, то этот мир представлял собою смесь из черного, чуть светлого черного, черно-зеленого, коричневого, резко красного и опять черного.

В общем, жуть.

Холодные скалы, на которых расположился замок Стаффа, облизывали темные волны моря. Оно вспенивалось, и не давало надежды на то, что хоть один пловец сможет вырваться живым из его хватки.