Кулон

Тео не отрицал, что виноват во всех этих играх и ходах директор, спрашивал о том, как быть и что мы можем в такой ситуации предпринять: - мне, конечно, плевать на Долгопупса и всех гриффиндорцев, у меня нет с ними общего прошлого, как у тебя, Люсиан. По сути, это их проблемы, раз такие доверчивые идиоты, просто не хочется быть еще и сыном детоубийцы. Как и вам всем, я в этом уверен. Ведь столкнись Рыцари и Орден, первыми в бой пойдут не старшие, закаленные боями и сражениями авроры и орденцы, а самые горячие – гриффиндорцы.

С девизом на надгробном камне: «Дорогу молодым!»

- Попробую поговорить с Невиллом, пока все не зашло слишком далеко. Если не услышит и пошлет, использую его подруг, которая меня во все это втянула. Пусть она до него информацию доносит. Если и это не поможет, и Полумна до него не достучится, то мне останется только поминальную службу заказать и мемориальную надпись: «На всю голову гриффиндорец!».

- Думал, у Долгопупса мозг есть, - говорит Драко,- или хотя бы чувство самосохранения, - разочарованно, - а оказалось, что даже в таком гриффиндорце, как он есть лев.

И где только храбрости набрался? – риторически спросил Драко.

Естественно все ноги ведут к директору. Явно Невиллу кто-то, что-то наговорили помимо призывов на борьбу за добро и справедливость. И этот кто-то – директор. Он умеет промывать мозг, промывальщик со стажем. Но знание того, что Альбус просто-напросто натравливает Невилла и бывших друзей на Рыцарей нам никак не поможет.

Это просто знания. Надеюсь, я смогу донести до Нева эту мысль. Не хотелось бы видеть смерти его и Рона с Гермионой, как и всех тех, кто на их агитацию повелся. Должны сражаться взрослые, а не мы ученики.

Именно эти фразы я и прокручивал в голове, пока искал Невилла в привычных для него местах: в парниках профессора Стебль, у Хагрида, а нашел в библиотеке, в окружении гриффиндорцев и всех тех, кто согласился вступить в кружок. Только хотел отозвать его и пообщаться с ним, сказать все, что в мыслях вертелось, но, увы, мне даже подойти к нему не дали, и его ко мне не выпустили, загородив собой, Рон и Гермиона, а так же близнецы, по очереди говорили:

- Что надо, Эмье? – сказала Гермиона, стоя перед Невом, уперев руки в бока.

К ней подключилась Джинни, так же, как и Герми, защищала парня, только она готова была, как Рональд рукава рубашки закатать и кулаками меня от Героя и Избранного отвадить.