Сказ про то, как Василисушка за тридевять земель ходила, и что в тех краях нашла

Дорога ‒ судя по всему невидимая с другой стороны здания из-за травы, ‒ хоть тоже была без покрытия, выглядела гораздо ровнее и без утопленной колеи. Даже сама трава, странное дело, с той стороны выглядевшая унылым серо-зелёным сорняком, здесь цвела золотистыми колосками.

Однако удивление девушки вызвали отнюдь не эти благостные превращения окружающей среды.

‒ Так вы не шутили насчёт кареты?

‒ Да понимаете, бензин-то, он всё только дорожает. А для лошадей топлива ‒ вон, целые поля.

‒ Да нет, кони-то ладно. Я про то, во что они запряжены.

‒ А, это? Ну, тут у нас когда-то, в девяностых ещё, кино снимали. Румыны какие-то, что ли. Ну а потом посчитали, что везти отседова весь свой реквизит дороже будет, чем новый потом купить. Так что да, поедете, как принцесса заморская.

‒ Подождите, а с чего вы вообще взяли, что меня надо встречать? В смысле, откуда вы узнали, что я приеду?

‒ Так письмо ж было.

‒ Е-мейл? С вами же связи не было больше недели. И вообще, у вас тут сеть не ловит.

‒ Так то тут.

***

Как и обещал Соловей Тать, поездка вышла почти королевская.

То ли рессоры у бутафорской кареты оказались не в пример лучше, чем у настоящего автобуса, то ли дорога была менее разбита, но гостья из столицы с удовольствием любовалась открывавшимися вокруг пасторальными видами. Впрочем, было в этой поездке и неудобство. Козлы, на которых разместился провожатый, оказались надёжно отделены от пассажирского пространства. Так что с расспросами и выяснением нюансов дела пришлось ждать до конца путешествия.

‒ Вот тут, значит, вас разместим. Чуете дымок? Баньку уже протапливают.

‒ Так, стоп. Какое разместим? Какую баньку? Я сюда прибыла выяснить причину задержки исполнения контракта. У вас мило, конечно, но рассиживаться я тут не собираюсь.

‒ Так это… Причина-то… Ивана, мастера нашего, который и должен работу, это, производить... Котом его придавило. Вот, ждём, когда отпустит.

Повисла напряжённая пауза. Дипломированный специалист по конфликтным переговорам прикрыла глаза. Сделала глубокий вдох, выдох, после чего натянула самую вежливую улыбку, на которую была способна в сложившейся ситуации.

‒ Что? Я сломя голову летела сюда самолётом, а потом ещё четыре часа тряслась во всяком антиквариате, чтобы снять кота с вашего мастера?

Губы провожатого вытянулись в трубочку. Глаза его бегали. Рука стянула с макушки шапочку, и теперь он теребил её, держа перед собой.

‒ Ясно. Итак, Соловей Ордынович, везите меня к вашему мастеру Ивану.

***

И вот снова поездка.