Эпоха зверобогов

Я ответил Рейне кивком, целиком спуская силу с поводка.

Мигом позже на моём месте хаотично бесновался аморфный клубок из костей, потоков крови и волокон плоти, за несколько секунд соткавших освежёванное до тёмной мышечной ткани драконообразное трёхглавое чудовище с двумя парами конечностей. Размах крыльев без перепонок — как футбольное поле вдоль, и длина тела не меньшая от любых ноздрей на выбор до булавы хвоста. У того из средней части далеко в стороны выпирали гребни слегка изогнутыми шипами, будто сожжённые паруса.

Клиновидные зубастые головы на извилистых змеиных шеях сверкали разным числом глаз у каждой, причём оно частенько менялось, от девяти штук до нуля, то есть изредка морда вообще слепой бывала.

А матерящийся напропалую неудачник позорно заимствовал картинку с органов зрения собратьев, ха!

Ранее управлявшее человеческим обликом «я» Восхода органично дополнилось коллективным «мы». И возвращение в принадлежащее нам царство провозвестил общий громогласный рёв задранных к небу глоток, разнеся эхо на огромном просторе, сопоставимом с половиной Гренландии.

Наши взгляды степенно обозрели панораму от вечных ледников между склонов крутых гор к глубоким ущельям, что изрезали заснеженную твердь ветвящимися линиями, формируя местами обширные долины, орошаемые водопадами талых вод. Эти низины покрывали густые золотисто-красные хвойные леса с громадами «каменных» сосен и елей, чья необычайно твёрдая кора напоминала застывший обсидиан.

Первые лучи солнца — потустороннего миража настоящей звезды — коснулись ландшафта, очерчивая собой силуэт от тени ступенчатой пирамиды Полудня. Доброй сотней метров та возвышалась над ослепительно-белыми холмами, а южные её грани вгрызались углом далеко в пласт льда.

Мы с осторожностью развернули своё тело на вершине.

В десятке километров на северо-восток и на северо-запад господствовала остальная пара монументальных близнецов комплекта, именуемых в честь Восхода и Заката соответственно, чья внешняя сохранность была похуже.

А между троицей ориентиров простиралась исполинская впадина из множества слившихся ущелий, зажатых отвесными скалами, туда нисходило по девять ярусов пирамид, возведённых точно на горных срезах. Таким образом, высота этих грандиозных сооружений получалась большей минимум в два раза, чем над ледником, размер же основания у каждой заметно превышал половину километра.