Апостол Судьбы

* * *

Полина стремительно надраивала тарелку старой липкой губкой с мылом. Надо скорее вымыть всю гору посуды и закрыться в комнате. Скоро с подъезда вернутся «гости», снова начнут пялиться на неё, строить из себя джентльменов и настойчиво предлагать выпить. Пьяная мать может и сцены ревности устроить, а у Полины ещё с того раза не все волосы на голове отросли. А если мать надумает обсуждать Никиту, страшно представить, что здесь начнётся.

На широком подоконнике пластикового окна – единственная дорогая вещь, сохранившаяся в доме – сидел молодой мужчина.

Трезвый и опрятный, со стильной стрижкой, в серых джинсах и чёрном худи с закатанными рукавами. Он наблюдал за Полиной пассивно насмешливым взглядом.

— Терпишь вот, терпишь… а конца и края-то всё нет и нет, — беспечно говорил он. Полина ещё усерднее заскребла губкой по тарелке. — И так будет продолжаться ещё о-о-очень долго. Того и гляди, сама пить начнёшь, с ней на пару. Станешь вот такой же страшной, вонючей, беззубой, с пропитым и прокуренным голосом.

Да-да… Вот такая вот у тебя жалкая судьба, Полиночка.

Тарелка чуть не выпала из рук. Девушка неуклюже поймала её, положила в грязную груду, низко склонила голову и заплакала.

— Плачь, не плачь – ничего не изменится, — безжалостно отрезал парень, с кислой улыбкой покачав головой. — А всё она. Всё из-за этой грязной алкоголички, которая только и делает, что ломает тебе жизнь. Да, это всё она… Вот бы она сдохла!

Полина горько всхлипнула и принялась умывать заплаканное лицо.

— Ну ты ведь хочешь от неё избавиться.

Отравить, задушить шарфом, столкнуть с лестницы…

— Господи, хватит, — прошептала девушка, замотав головой, и схватилась опять за посуду.

— Или воткнуть нож в её гнилую печёнку. Много-много раз втыкать в неё нож. Да-да, вот этот.

Дрожащей рукой Полина держала большой разделочный нож и завороженно осматривала лезвие, по которому медленно водила пальцами второй руки. Тот, кто сидел на подоконнике, лениво скривил губы в довольной усмешке.

В коридоре распахнулась дверь, и в квартиру ворвались пьяные голоса.

Полина выронила столовый прибор и принялась усердно драить посуду.

Парень в худи понаблюдал, как тесную кухоньку наполняют алкоголики, рассаживаются за обставленный рюмками и закусками стол. Расслабленно завалился спиной на оконное стекло.

— Ну что ж, заседание продолжается, господа присяжные заседатели… Заседание продолжается.

Глава 5 «Озарение свыше»

Я стоял на лестничной площадке и пытался сообразить, что делать дальше.