Карта волка

Прыжок, перекат, сальто, поворот в стойке на руках. Перекат, прыжок, колесо, перекат.

Винс гонял себя, пока не сбил дыхание. Наконец, совсем выдохшись, он остановился.

Он тут что-то искал.

Зачем? Что он искал?

Нужно сосредоточиться. Что бы с ним ни происходило, он в силах справиться. В силах контролировать себя.

Он хотел на что-то посмотреть. Что-то проверить.

Переведя дыхание и отметив, что внутренний жар спал, а голова потяжелела, Винс кинул ещё один взгляд на крыши домов и заводов, черневших под пасмурным небом.

«Что ж, попробую узнать, что меня сюда привело…»

Винс вошёл в здание. Море недружелюбных, мерзких звуков. Скрипы, эхо, пустота. Биение сердца казалось гулким и непростительно громким. Винс шёл медленно, больше на ощупь. И наудачу. К счастью, пол был цел. Когда глаза привыкли к темноте, Винс зашагал увереннее.

Он не боялся заброшек, хотя опасаться всегда есть чего: наркоманы, гопники, провалы в полу, торчащая арматура и много других приятных сюрпризов. Пока Винсу везло, споткнулся он всего пару раз, навстречу никто не попался.

Заброшенный завод взирал ему в спину бесстрастно, словно ему было всё равно, выберется Винс отсюда или задержится ещё ненадолго. Задерживаться не хотелось: воняло тут страшно, строго говоря, место было запущенным, но не таким уж заброшенным — бутылки, окурки, старые грязные матрасы, какие-то коробки, упаковки из-под дешёвой еды, груды мусора. От отвращения нахлынула тошнота, но среди этой вони Винс с удивлением выцепил запах краски и лака, сильный, агрессивный и свежий.

«Кому-то приспичило рисовать тут граффити? Надеюсь, не мне?..»

Однако на нём самом ни брызг краски, ни запаха баллончиков и прочего «художественного» сырья не было. Да и не испытывал он никогда тяги к художествам, тем более в столь сомнительных местах. Вот фотографировать — это ему нравится.

Без приключений добравшись до первого этажа, Винс вздохнул с облегчением. Через разбитые большие окна в здание лился свет пасмурного дня. Входная дверь оказалась открыта и распахнута.

«Выход! Ура!»

Однако перед тем как выйти, Винс решил осмотреть первый этаж и пошёл на запах краски.

На дальней стене за квадратными колоннами виднелся уголок рисунка. Большого рисунка, сделанного фосфоресцирующими красками. Винс обогнул колонну, загораживающую его, и остановился перед граффити во всю высоту зала. Оно мерцало в полумраке, будто вырастая на игре света и тени — реалистичное, жуткое, омерзительное.