Потолок одного героя

Словно воздуха не хватило великану, но тот всё равно закончил фразу.

— Когда сможешь идти?.. — чётко спросила Эль.

Откинув полы новой короткой куртки, я ногу выставил чуть вперёд. (Просто так стоять было проще).

— И куда ты торопился? — негромко. — Неужели нельзя было просто идти по следу? Это ведь очевидное решенье, так зачем было бежать? Раз уж ты немного… нездоров.

Провокация — приём довольно грубый. И тем не менее тут важно, что ты хочешь получить в итоге, а не что ты делаешь. Лучше уж так. Великану нужно было менять своё поведение.

Тусклый взгляд из-под боровей.

Щёки Века впали, и лицо его стала ещё немного страшнее. Чернота впалых глазниц, лишала его сходства с человеком. Жёлтая, грязная кожа казалась слишком грубой.

— Вы… Нагнать велели.

— А своего ума разве нет? Только и можем, что исполнять приказы? (Великан повернул большую голову). Двадцать девять лет на бойне… Да-да! Я, между прочим, знаю, как ты жил.

Кашель. Век попытался приподняться.

— Три десятка в никуда!

— Д-урь это!

— А теперь вот всё.

.. Ты сам набедокурил и вот результат. К троллу полез, а теперь ещё бежал. Что за «дурь!»

— Это…

— А теперь вот всё. Даже и не знаю, как поступить с тобою… Сможешь ли ты идти?

— … нагнать велели …

— Что-что?

— … ВЫ велели!

Никто и сообразить не успел. Никто не понял. Я сам пропустил этот момент, новый мундир затрещал под широким, ребристым ногтем. Меня внезапно дёрнуло, толкнуло. Я почти упал, но железная хватка потянула вверх.

— ВЫ!

Век поджал колено. Он свободной рукою оттолкнулся от земли.

Лезвие меча сверкнуло.

— Брось! — проговорила наёмница.

Негромко.

Но вкрадчиво.

«…»

Зависнув между небом и землёй, ещё не осознав, но уже испугавшись, я почувствовал, как под гнётом хватки, ключица меняет своё положенье. Я ухватился за необыкновенно твёрдое предплечье.

Великан обнажил чуть желтоватые зубы. Он закрыл глаза.

Неприятный, крайне резкий запах палёного мяса послышался в воздухе.

— Поставь его, — повторила Эль с нажимом. — Медленно.

Пальцы с раздувшимися костяшками дрогнули.

И разжались. Я повис, держась за обрывок рукава. Отпустил и упал на ноги. Сапог тут же деранул голенищем, и я решил сесть. Упёрся рукою в колено: «Больно». Кажется, я вскрикнул. Рука онемела… горячие пятна стали «гулять» по спине и довольно скоро я снова почувствовал себя нормально.

Великан закашлялся. На ладони его, на траве гранатом заблестела кровь. Под ошейником, на толстой шее «рубцом» понемногу надувалась полоса ожога. Вторая.