Потолок одного героя

Сам без чьей-либо помощи умудрился «соскользнуть» вместе с этим в русло реки. Сам навернулся, и сам наплевал на грязь. Он всё делал сам.

Так прошёл ещё день, а после ко всеобщему (моему) удивленью в низине начала подниматься вода. Картина изменилась. Она начала навевать воспоминанья.

Я старался не обращать на это вниманье.

Глубоко дышал.

Читая при каждой остановке, листая уже почти на ходу, я честно старался не думать о заливных полях[1], о далёком горизонте и тощих берёзках… Разбухшая почва чавкала весьма знакомо, и хотя здесь было довольно прохладно, солнце то и дело било в глаза.

Есть страшным образом хотелось в этот момент.

Умом я понимал, что это не более чем иллюзия. Фантом!.. Но поделать ничего не мог. На третий день я начал грызть сухари. Стал незаметно распихивать их по карманам.

— Я про… Не подавитесь. Я прошу прощения, — обратился стражник.

Я в самом деле подавился. По грудине ударил и замаскировал это Нелепое движенье кашлем. Очень звонко сопнул. Потянулся за флягой.

— Да… кхм. Да! — Косой беглый взгляд: — А ты… почему хромаешь?

— Какая наблюдательность, сэр… Об этом я и хотел поговорить. Види…те... Видите ли, кажется, я простудился.

Медленный выдох. Взгляд на великана, что брёл впереди.

Стражник так сильно старался быть учтивым, что я решил ему поверить. Решил не замечать всего того, что было дальше. Как-то нечаянно, мужчина «пока не перестанет знобить» сел в седло. И как-то совершенно случайно он проехал на моей кобыле вплоть до заката.

И так и продолжил.

По какому-то совершенно нелепейшему стечению обстоятельств, на следующий же день он приосанился. Начал с высоты раздавать «бесценные советы». Делиться опытом. «Вы не туда ид… О нет!.. Навернулся? Ну что и требовалось!»

Великан не обратил на третье такое замечание вниманья.

«Ты всё сказал?!» — просто, очень просто спросила Эль. «Нет… Я не понимаю. Я ведь по делу говорю, а какую-нибудь...» Девушка вдохнула носом: «Пошли».

Наёмница отвела стражника в сторону, она поговорила с ним чуть меньше минуты, после чего тот замолк.

Вечер пятого дня в низине.

Я устал. Век устал и даже Гратц уже клевал носом. Опасно раскачивался в седле.

Берег стал совсем пологим. Мы все брели и никак не могли отыскать сколь-нибудь удачной площадки. Двигались на ярко-жёлтое солнце.

Я щурился на чёрные ветки. Старался мерно дышать… а в памяти сама собою возникала картина: ровная, едва-едва покачивающаяся трава. Блестящие лужи.