Мой личный джинн

     Быть волшебником довольно удручающая доля! Особенно, когда ты используешь силы для исполнения прихотей смертных. Нет, конечно, у тебя есть крупицы волшебства для личного пользования: мгновенное перемещение и метание электрических искр. Но толку мало, и все действия крайне болезненны!

Джинн бесцельно бродил по улицам Лос-Анджелеса, разглядывая достопримечательности и наблюдая за людьми. Он бывал здесь еще в начале двадцатых годов. Тогда его кувшин оказался у одного алчного и пронырливого гангстера.

Тот сразу же огласил желания: деньги, красотки, падающие к его ногам, и главенство в банде. Увы, в тот раз не представилась возможность насладиться видом Города Ангелов. Конечно, он повидал до этого и после кучу других мест, но шанс поближе познакомиться с Л.А выпал только сейчас. 

Прогулка позволяла ему не только взглянуть на разросшийся мегаполис, но и поразмыслить об Эмили, решившей использовать джинна в ином ключе, нежели просто загадать желания. 

Что-то было в этой женщине, что цепляло его бессмертную душу.

Мисс Хэйвуд обладала неприметной внешностью. Она почти не пользовалась макияжем. Темно-русые волосы, собранные в хвост. Ни яркости, ни блеска! Но все же в ней была какая-то искра…

Чародей повернул в сторону медицинского центра «Силвер Лейк». Отрешенным взглядом скользнув по скверу, он внезапно ощутил легкое покалывание, распространяющееся по всему кожному покрову. Волшебник остановился и огляделся по сторонам. Хранитель?

Джинн был единственным жителем Амала, кто знал о Хранителе.

В далеких шестидесятых он стал невольным свидетелем, как Стражи заточили одного из волшебников в предмет. На ренегата навел их Хранитель. Молодой археолог - Ариф. Это произошло в Южной Америке. Джинна передернуло.

 Попасть под немилость Стражей означало одно - вечное гниение внутри артефакта без права взглянуть на солнечный свет, звездное небо или душную каморку какого-нибудь бедняка. Такая незавидная участь ждала тех чародеев, кто не желал мириться с судьбой, стремясь обрести волю и былое могущество.

Еще ни одному волшебнику не удалось довести задуманное до конца. Джинн в отличие от собратьев, не намеревался рисковать. К черту свободу! Лучше время от времени пользоваться возможностью обозревать мир и служить смертным, нежели томиться бесконечность в идиотской тюрьме - кувшине.

Чародей остановился у раздвижных дверей госпиталя. Покалывание стало в разы ощутимей. Ладно.