Что скрывают зеркала

Не было никакого взрыва, улица оказалась застенчиво тиха и наполнена тихим шелестом листвы, которой шаловливо играл, будто дитя конфетными фантиками, легкий ветерок. Кожу вовсе не обжигало пламя пожара, напротив, вечерняя прохлада, скользнув в вырез на груди, заставила поежиться. Воздух оказался напоен дивными ароматами вступающей в законные владения осени: легкой горечью опавшей листвы и дождевой свежестью. И все, что сейчас случилось, произошло в воображении. Или в памяти. Но понимание, что страшное видение не сон, а воспоминание, едва не вырвалось наружу новым криком.

Сердце стучало так, словно Кира пробежала на время стометровку, ноги дрожали и подгибались. Девушка огляделась и присела на вымокшую лавочку, не беспокоясь, что промочит и испачкает нарядное платье. Ее трясло от холода – не от внешнего, а от внутреннего, словно тот привидевшийся пожар и последовавший за ним взрыв не выжгли ее, а, наоборот, заморозили.

– На, накинь, – раздался рядом знакомый голос. Кира с благодарностью приняла пахнущую табаком куртку и завернулась в нее.

Илья Зурабович тяжело вздохнул и присел рядом с девушкой на лавочку.

– Здесь мокро, – глухо пробормотала Кира. Скорее машинально, чем вдумавшись в свои слова.

– Неважно. Мне неважно. А вот тебе на сыром и холодном лучше бы не сидеть.

– Неважно, доктор, – ответила она его же словами.

– Я не буду спрашивать, что произошло…

– Сон, доктор. Тот страшный сон, в котором я бежала по улице, был вовсе не сном, а моим воспоминанием.

Что‑то случилось. Что‑то очень страшное. И я не хочу это вспоминать. Может, и не надо его ворошить – мое прошлое? – Кира подняла на доктора взгляд и в темных глазах мужчины прочитала сочувствие.

Илья Зурабович легонько коснулся ее щеки:

– Не плачь, дочка.

– Я провалила «собеседование», да? Все испортила? – невесело усмехнулась Кира, стирая ладонью слезы.

– Не думай об этом. Это сейчас неважно.

– Нет, важно. Важно, доктор. Если у меня нет прошлого – не знаю, по какой причине, то это не повод лишать себя будущего.

– Да, ты права. Абсолютно права. И не думаю, что ты все испортила. Я хорошо говорил о тебе Валерию, а он доверяет моему мнению. Я бы не стал ему рекомендовать кого‑то, в чьих рабочих способностях не был бы уверен. И он это знает. Тем более что он в курсе твоей ситуации. Но если ты волнуешься, я еще раз поговорю с ним.

Кира кивнула – не столько словам Ильи Зурабовича, сколько своим мыслям.