Что скрывают зеркала

Что‑то вспомнила? Оно тебе кого‑то напомнило?

– Нет, – сказала Кира, и та поспешность, с которой она ответила, только подкинула дров в костер любопытства Светланы. Приятельница откинула упавшую на глаза обесцвеченную челку, контрастирующую с угольно‑черными бровями, и требовательно уставилась на Киру. «Ну‑ну, так я тебе и поверила!» – читалось в ее взгляде. Но Кира сделала вид, что не заметила ожиданий Светланы, и, взяв в руки книгу, поднялась.

– Илья Зурабович просил зайти меня за полчаса до обеда.

Не знаешь, который час? – кивнула она на наручные часики приятельницы, выглянувшие из‑под манжета спортивной куртки.

– Половина первого, – ответила Светлана, не скрывая разочарования в голосе. И все же не удержалась от упрека: – Зря ты мне рассказать не хочешь. Вроде я тебе не чужая. Помогаю ведь.

– Нечего рассказывать, Света, – мягко ответила Кира, прежде чем уйти.

– Ну да, как бы не так! Я же видела, как ты сидела с книгой на коленях и о чем‑то думала.

Вернее, о ком‑то. О том, чье имя прочитала? Об этом Тихоне?

– Я не знаю, кто такой Тихон. Правда. Мне просто показалось, что я могла быть знакома с человеком, которого бы так звали. И все.

– Ой, а вдруг это твой муж? Или парень? – оживилась Светлана, не обращая внимания на предостерегающе поднятые брови приятельницы. – Ищет тебя, ищет – и не может найти! Ой, у меня идея! А что, если мы его сами поищем? В социальных сетях. Посмотрим фотографии и…

– И сколько же там, в соцсетях, может быть Тихонов, а? – насмешливо спросила Кира.

 – Явно не пять, и даже не десять. Света, оставь. Я правда не знаю, был ли у меня знакомый с таким именем или просто… показалось.

– Если показалось, то это не просто, – не отставала Светлана, сама не зная того, что почти повторила фразу доктора.

– Света, Илья Зурабович меня уже минут пять как ждет. Я пойду. Встретимся на обеде.

Невинная ложь – удобный предлог, на который, как на трость, можно опереться, если попытки остаться в одиночестве или сохранить при себе едва пойманный и тут же ускользнувший проблеск воспоминания захромали на обе ноги.

И пусть Илья Зурабович не назначал ей никакой встречи, он рад ее видеть у себя в кабинете в любое время, особенно если Кира готова принести ему новые крохи сведений о себе. Только бы он оказался на месте. Кире сейчас почему‑то как никогда нужно было оказаться в его обществе – донести до его кабинета кислотой разъедающую душу тоску.