Замок Пастыря

Тот намек понял и зажег еще одну спичку, поделившись огнем. Дым от папиросы «Зефир» смешался с дымом дорогой американской сигареты. 

– Благодарю за совет, обязательно приму его к сведению, – сухо ответила она. – Теперь мой черед. Вы действительно недурно владеете саблей, а на вашем мундире я вижу ордена с мечами. Ваша семья, наверное, участвовала во многих войнах?

– Во всех, – поправил ее Летичев, слегка улыбнувшись. – Когда бы и с кем бы ни вела войну Россия – мы были на острие. А если выдавалось мирное время, то искали битв на чужбине, под чужими знаменами.

Войны – это одна из немногих вещей, что наполняет наши жизни смыслом и радостью. Я даже рад, что порт-артурская мясорубка была так ужасна – иначе бы я слишком скучал по ней.

– Странный образ жизни для Посвященного. Крайне странный.

– А что еще остается? – предсказатель развел руками. – Вы живете так, словно на вашей голове корона. Верите в свою исключительность и право диктовать свою волю. А теперь представьте, что с кого-то подобного вам корону сбили – жестоко и бесцеремонно.

И этот кто-то обнаружил, что не умеет больше ничего, как рубить головы. 

– Вы намекаете на…

– Да ни на что я не намекаю. Факты – упрямые вещи, и факт в том, что я штабс-капитан Летичев в несколько большей степени, чем маг Летичев, – он стряхнул пепел с папиросы. – Я тоже хочу вас кое о чем спросить. Портреты на первом этаже принадлежат вашим предкам – все по женской линии. Ваша сила – это сила ведовства, произрастающая из иных граней бытия.

На вашем фамильном гербе изображен василиск, да и фамилия намекает. Мой вопрос: откуда вы на самом деле родом?

- Наш род берет начало в Византии, - спокойно ответила графиня. – Однако в силу определенных причин основателю пришлось бежать в Рим, и в последующие века не раз менять дом. В России мы обосновались недавно, при царе Петре Великом.

- Основателю? Им был мужчина? – маг удивленно приподнял бровь. 

- Это уже лишние вопросы, теперь моя очередь.

Ответьте мне, ради чего вы стали отшельниками?

Летичев снова улыбнулся, и теперь его улыбка казалась горькой.

- Решили сменить обстановку. На старом месте стало неуютно, - он потушил папиросу. – Если мы слишком задержимся, гости будут волноваться.

– Еще немножко они подождут, – холодно отозвалась Августина, одновременно приказывая паутине сторожевых чар расступиться. – Что вы намерены дальше делать?

– Вернусь домой, до следующей войны.