Невеста для ЗОРГа

— Прилизанный осторожно поправил мне одеяло. — Станислав Адамович Сикорский, архитектор. А это мой помощник Фаддей Се…

Улыбающийся Фаддей стоял рядом, держа в руках скальпель.

— Ты чего? — Прилизанный архитектор удивленно посмотрел на посверкивающий инструмент.

— Кровь пущ-щать!

Бородач, видимо, хотел меня добить, но Сикорский не дал:

— Не нужно, уже в порядке всё.

Потоптавшись, бородач привел еще один довод:

— Чтоб от головы отошла!

Я закрыл глаза…

— Всё уже нормально, и-и-иди, пожалуйста, кипяток вскипяти!

Снова повернувшись ко мне, Сикорский продолжил извиняться:

— Покорнейше прошу простить.

Он вытянул палец в сторону зверской рожи, которая колола чурбачки, усевшись на сундук. В ответ рожа с топором улыбнулась, склонив голову на бок.

Вся эта ситуация походила на смешную сказку со скоморохами и разбойниками, поэтому я едва сдержался, когда Сикорский упомянул про шпионов. По его словам, на квартиру была попытка налета, однако «Фаддеюшка постарался», прогнав злоумышленников.

— И что понадобилось у вас немецкому шпиону? — Стараясь, чтобы вопрос не выглядел слишком иронично, полюбопытствовал я.

— Шпионам, — уточнил Сикорский, — и необязательно германским.

— А каким еще?

Архитектор многозначительно вздернул подбородок:

— А-а! За мои карты, знаете ли, во время оно и англичане, и янкисы, и даже агенты микадо…

— Вы гадалка? — я таки не удержался.

— Что?

— Карты, говорю, ваши — гадальные, игральные…

Сикорский рассыпался мелким кашляющим смехом.

— Шутить изволите. Я, так бы сказать, по архитектурной части. А карты…

Он живо подскочил к огромному шкафу, принявшись выгребать оттуда вороха свернутых бумаг.

Карты. Десятки. Сотни. Может быть, даже несколько тысяч карт хранились у старого архитектора. Навигационные с рельефом дна, двуцветные обер-полицмейстерские, межевые, совсем без значков и старые морские с китами и сиренами, красочные Лесного ведомства… На бумаге, на пергаменте, на тонких деревянных дощечках… Древние екатерининские с ветхими сгибами и новые; чернильные рисунки бастионов и точные чертежи коммуникаций.

— Весь Петербург со времен Петра Алексеевича! — подтвердил Сикорский. — Со всеми потрохами и внутренностями. Так что вашему учреждению, Андрей Антонович, просто необходимо позаботиться о сохранности данного архива!

Дернувшись, я ощупал карман гимнастерки.