Шкатулка царицы Клеопатры

Побывав замужем за геологом и путешественником, Марии удалось в сжатые сроки объехать полмира и накопить внушительную коллекцию сувениров, впечатлений и эмоций. Сергей, ещё только мечтающий побывать во многих городах и странах, с огромным любопытством расспрашивал её о приключениях в дороге и жадно ловил полезные рекомендации для начинающих «туристов».

Время отдыха промчалось незаметно. Павел успел побывать на всех аттракционах. А на робкий вопрос матери, не проголодался ли он, мальчишка завистливо посмотрел в направлении летнего кафе.

— Ну да! Кто бы сомневался, Паша? Ты просто рождён для роскошной жизни, — он галантно протянул руку Марии, приглашая её подняться с лавки и следовать вместе с ними. — Впрочем, я и сам не против отобедать здесь. Что скажете, Мария Анатольевна? Угощаю всех.

Мария не стала спорить. Правда, она сама хотела оплатить расходы, но Сергей категорично отверг это предложение, потребовав, чтобы женщина убрала кошелёк обратно. Мария подчинилась.

— Ой, кажется, я забыла сотовый телефон дома, — попутно отметила она, убирая кошелёк в сумку и не находя там телефона. — Надеюсь, мне не будут звонить из клиники по поводу Кнопки?

— Надеюсь, что нет, — согласился с ней Сергей. — Пообедаем, и можно будет выдвигаться. Как раз прибудем в клинику после пяти. Кстати, Мария Анатольевна, а что за брелок был у Вас на кошельке? Мне показалось, там бусина. Я такие у Любы видел.

Мария немного смутилась.

— Да. Это память и предостережение.

— Память? — удивился Сергей, нащупывая рукой в кармане точно такую же стекляшку, которую Люба намеревалась надеть на шею Бонду. — Память и предостережение? О чём?

Женщина неопределённо покачала головой, не желая подробно распространяться на эту тему:

— Память о счастливом прошлом и предостережение на будущее. Жизнь ведь скоротечна, Сергей: масса дел, суета… Ой, простите. Кажется, я назвала Вас по имени без отчества?

— Что Вы, Мария Анатольевна! Мне очень приятно, если Вы будете и дальше звать меня просто Сергеем.

— Да? Нет, я так не могу, я… — женщина покраснела. — Я лишь хотела сказать, Сергей Юрьевич, — вернулась она к прежней теме разговора, — что этот шарик для меня напоминание. Посмотрю на него, вспомню тех, кто мне дорог, и сразу думаю, что хорошего я уже прямо сейчас могу сделать для них? Чем побаловать каждого, при этом, не опустошая свой кошелёк. Ведь расточительство — грех. И эта бусина тоже тому свидетельство.