Реал?

Так вот, человеческое тело не шкаф, а классический опрокидывающий бросок из вольной борьбы - это не демонтаж мебели, так что товариСЧ, гордо описав дугу, аккуратно опустился затылком об старенький, но такой уютный, домашний ковёр, отправляя сознание хахаля “на поспать”.

- Вызови ему скорую. - Коротко буркнув застывшей в ступоре жене, распорядился я, переступая через дышащее тело, направляясь за Гердой.

- Вить. - Круглыми от удивления глазами проводила она меня, выводящего собаку на лестничную площадку.

Что поделать, имея мирный, слегка задумчивый нрав, я спокойно относился к тому, что жена берёт в доме себе больше прав, чем предполагает её роль.

Видимо в том есть моя ошибка, что мой КМС в дзюдо не воспринимался моей любимой в правильном ключе. 

- Скорую вызови, у мужика выбиты шейные позвонки. Если не планируешь до конца дней присматривать за инвалидом, срущим под себя, тебе лучше поспешить. - Слегка припугнул я её, закрывая за собой дверь.

Почему я всю дорогу не звонил домой? Почему не отписался ни ей ни сыну, что прерываю отпуск? Почему, даже приехав в родной город, я не стал давать о себе знать? В начале, сев на маршрутку в Крыму, я больше думал над своим будущим и фактом появление интерфейса, а потом … потом чуйка намекнула.

- Юр, привет… Ага, я в городе… Слух тут такое дело, я сегодня переночую на даче… да, случилось кое-чего, ты сначала с матерью поговори, потом, если захочешь, подъезжай ко мне… не, не спеши, что случилось, то уже случилось, не пори горячку… ага, запарю я тебе баньку.

- Дозвонившись до сына, что должен был сейчас по графику спешить на тренировку по спортивной стрельбе, я коротко обрисовал ситуацию.

Почему я не стал первым ездить ему по ушам? Так надо. Парню предстоит быстро повзрослеть, и я не хочу быть тем, кто сломает его восприятие о семье. Да и смышленый он, критичный, сам сориентируется, или я хреновый отец и так мне и надо.

Как в бреду, я сел в свой тарантас и добрался до дачи, где растопил печку и приготовил себе ужин. Полдня, это не так уж и мало, чтобы спокойно подумать и взять себя в руки.

 

Боль? Она никуда не делась, но жить можно и с ней. Так что сына с полной заплечной сумкой в девять вечера я встретил спокойно.

- Завтра до школы подбросишь? - Хмуро спросил он, трепя Герду по загривку.

- Не вопрос. Как ты? 

- Бать, это я тебя об этом должен спросить? - Подняв на меня кристально чистые голубые глаза, ответил сын, пряча горечь и боль в глубине.

- Плохо. Больно.