Почтовые

С легким недоумением он посмотрел на Марию, которая твердо и спокойно сказала:

— Барсик, нет. Это не еда.

Барс брезгливо тряхнул лапой и, отвернувшись, снова улегся спать, всем своим видом показывая, что не очень-то и хотел сожрать это шерстяное недоразумение. Снарк засвистел, шмыгнул ко мне и, цепляясь за одежду, взлетел на мое плечо.

— Боевая крыса! — с уважением сказала Мария.

Спотыкач раздраженно свистнул.

— Хорошо, хорошо, снарк! Боевой снарк!

Я собрала свои вещи, а Мурзик тем временем уже спустился к нам и вовсю ластился к Марии, которая сурово выговаривала ему за «шалости».

Ящерица хрюкнула не хуже поросенка и стала выпрашивать еду. Мария вытащила из кармана пару сырых куриных яиц и скормила их Мурзику, потом почесала его гребень и сообщила мне:

— Сначала потренируешься на Мурзике: он не летает, только бегает. Из сложностей - резко прыгает и может передвигаться по стене. Поэтому помни: шлем, защита и осторожность!

— А можно будет на нем и дальше ездить?

Перспектива летать на гигантских кошках меня смущала.

Да, признаться честно, я отчаянно трусила. Я даже на лошади верхом не каталась, только на карете в парке развлечений да на телеге в деревне у деда.

— Нет. Во-первых, он уже не молодой, быстро устает, к тому же хромает на заднюю левую лапу. А во-вторых, есть у него такая фишка: в холод или в стрессовой ситуации впадает в спячку на несколько дней, а это ужасно неудобно.

Я вздохнула: да, неудобно, но, если честно, такой особенности Мурзика можно только позавидовать. Это же какая красота: сложный момент, а ты р-раз и спать завалилась.

И пошло оно все лесом!

Мурзик хрустел яичной скорлупой и внимательно рассматривал нас оранжевыми глазами.

— Он точно не отжует мне ногу? — с беспокойством спросила я.

— Нет. Вот, держи, — Мария протянула мне деревянный свисток. — Носи с собой. Свист для наших птичек и кошек будет означать, что ты своя.

Я взяла свисток. Внутри него с глухим стуком перекатывался какой-то камень.

— Так я свистну?

Мария кивнула. Я поднесла свисток к губам и, набрав в легкие побольше воздуха, со всей дури дунула в него.

Ничего. Я попробовала еще раз.

— Он что, бесшумный? — удивилась я.

— Абсолютно, — кивнула Мария. — И настроен только на наших гигантов. Очень удобно! Можно подзывать их, если они улетели, или наоборот.

— Наоборот?

— Я научу тебя высвистывать команды.

— А сейчас я что-то приказала?

— Нет. Простой дурной свист означает, что ты своя, — засмеялась Мария.

Она снова погладила Мурзика по гребешку.