Почтовые

Когда-то она была защитной, но сейчас в широкой каменной кладке входной арки местами недоставало камней. В дырах зияла темнота, а кое-где я заметила застывший потрескавшийся раствор: вероятно, местные иногда все же предпринимали попытки отремонтировать крепость.

Навстречу нам вышли два тэнгуна, и я смогла наконец разглядеть первых встретившихся мне жителей Шанлу. Воины были одеты в плотно облегающие в талии темно-зеленые стеганые полукафтаны с узкими длинными рукавами и широкие темные штаны, заправленные в высокие сапоги.

Из-под кафтанов выглядывали воротники синих нательных рубах. Поверх кафтанов тэнгуны носили пластинчатые доспехи до колен с разрезами спереди и сзади. Талию перехватывал оранжевый наборный пояс с саблей. Я, впервые в жизни видевшая холодное оружие, с интересом разглядывала ножны и торчащие из них рукояти, удивляясь тому, как эти кривые мечи не мешают им ходить.

Принадлежность к воинской касте определялась длиной волос - простолюдины и торговцы обязаны были их коротко стричь, - а положение воина в армии, или, по-нашему, звание, - количеством и видом бляшек и пряжек на поясе.

У молодого они были простыми, с грубой шероховатой поверхностью и без орнамента, что означало невысокий ранг среди воинов. Проще говоря, он был обычным рядовым, или лунче - «чешуйкой дракона». Его черные волосы были тщательно убраны в высокий хвост.

У второго тэнгуна пряжки были гладкими и блестящими, но тоже без какого-либо рисунка. Звание второго воина было явно выше, но я не смогла его определить: не хватало знаний.

«Надо будет потом спросить у Игната», — решила я.

Стражники были похожи, как отец и сын: оба довольно высокие, белокожие, с очень светлыми голубыми, слегка раскосыми глазами. Тот, что старше, был совершенно седой, лицо его покрывал густой красно-коричневый загар.

Я зачарованно рассматривала тэнгунов, которые хмуро переводили взгляд с нас на животных. Потом пожилой узнал Мусу Ахмедовича и поприветствовал его, радостно улыбнувшись и продемонстрировав провалы на месте передних зубов.

Время учебы для меня не прошло даром: я хоть и с трудом, но понимала его.

— Су-шен Муса, старый друг, какими ветрами?

Пока Муса Ахмедович отвечал на приветствие в соответствии с церемониальными обычаями, царившими в Империи, я продолжала глазеть по сторонам. Вытянула шею и постаралась заглянуть подальше, в арку. Наконец Игнат сказал мне:

— Свернешь шею-то! Сейчас пройдем дальше и спокойно все рассмотришь.