Души

Судорожный глоток воздуха в падении вернул меня к жизни. Упырь быстро опомнился и снова потянул свои лапы. Я отскочил. Найти сходу оружие не получилось. Достал кастет. Его шипы из серебра. Подойдёт.

– Защищай меня! – снова закричал упырь в исступлении. Так громко, что дрогнул пол. Это плохо. Семейка могла услышать.

Рванул к нему. В подкате приблизился вплотную. Он не ожидал. Оставил ноги открытыми. И заорал от мощного удара в промежность. Я поднялся и наотмашь добавил в челюсть. Осталась кровавая вмятина. Человек бы свалился замертво.

Но упыря это только раззадорило.

Мы обменивались ударами и блокировали их. Как игра в ладушки на последнем уровне сложности. Удар. Блок. Удар. Блок. Удар. Блок. Удар. Блок.

Первый пропустил я, хоть и успел немого отстраниться. Кулак пролетел перед самыми глазами. Свернул нос на бок. Но боли я ощутить не успел. Сердце слишком быстро колотилось, и адреналин вспенивал кровь. Тут же в ответ и сам упырь пропустил удар. В скулу. Теперь почти вся левая сторона его лица стала кашей.

Глаз заплыл, и нос с хрипом втягивал воздух. Победа стала ощутимой. Ещё удар. Ещё. Ещё. Месиво разрасталось.

В приёмной прозвучали первые выстрелы. Крики, топот в коридоре. Мне хотелось помочь ребятам, но это потом.

Пока я отвлёкся, упырь собрался с силами и пробил в ответ. Он казался слабым, но даже так я едва не потерял сознание. Точный удар за ухо способен и здоровых бойцов отправить в нокаут. Меня повело.

Колов хотел выиграть несколько секунд. Чтобы собраться, перехватить инициативу.

Оттолкнул меня на свой стол. Я упал сначала на него, затем перевернулся через голову и снова упал уже за него.

Тут, между столом и окном, в уютном убежище лежал мой пистолет. С любого другого места его не увидеть. И теперь, когда рука обхватила ребристую рукоять, я чувствовал, что осталось только закончить.

Выскочил из-за укрытия. Колов направлялся ко мне. Не танцевал, никого из себя не изображал. Шёл неуверенно, на смерть. Я взял его на прицел.

– Почему это я тебя защищать должен? – спросил я.

Всё равно уже ничего он не изменит.

– Опомнился, – через лютую боль Колов всё же заговорил. Только левой стороной. И слова разжёвывал, будто никак не мог их вспомнить. – Скоро ты будешь на моём месте! Тебя будут также соблазнять, но ты слабый, ты сдашься.

Больше он рассказывать не хотел. Забыл про многословие, наверное. Я спустил курок. Голова упыря дёрнулась. Он застыл. Начал падать. Сначала руки, потом и всё тело превратилось в прах.