Души

В общем, без них жилось куда спокойнее. А то начали замечания раздавать, власть критиковать за каждый чих. Как-то одна собака дверь сломала, так эти умники сказали, что президент виноват. И доказывали, главное, почему. Ну и рецептом делились. Но вы из полиции, так что я вам его не скажу.

– Я так понимаю, эти тоже со временем перестали приходить? Когда это случилось?

– Кабы я за ними следил. Может, этой зимой. Может, ещё раньше.

– И с тех пор вы Мару не видели?

– Да я её и до того редко видел. Она в основном дома сидела.

Говорю ж, после института в себя ушла. Затворницей стала, как говорится.

– И вы никогда не спрашивали, в чём причина?

– Эт её дело. А ты, типа, полез бы спрашивать?

– Да. Полез бы.

– Зачем?

Вопрос меня удивил. А зачем следить за человеком, как за героем сериала? Чтобы потом кому-нибудь рассказать все его секреты?

– Мало ли что. Помочь, например. У вас это совсем никак в голове не укладывается?

– Надо понимать, сказку про Варвару с тебя писали?

– Не понял, вы о чём? – уточнил я.

– Нос уже почти оторвали. На последних соплях держится, – зло пояснил мужчина.

– Идите лучше домой. Вас жена заждалась.

Он не попрощался. Повернулся и тяжело пошагал наверх. А я проводил его взглядом. Такой здоровый, но такой трусливый. Поразительное сочетание.

Я зашёл в квартиру Мары и прикрыл за собой дверь, чтобы больше никто не помешал. Включил свет. Тусклые лампочки ещё работали.

По коридору стелились зелёные лозы с красными и голубыми цветками, свиваясь в пышный ковёр, скрывая пол и стены.

Любимые растения ведьмы вырвались на свободу и захватывали пядь за пядью. В небольшой гостиной они опутали всю мебель, телевизор. Превратили комнату в гористый пейзаж необитаемых тропических островов.

Ещё пару месяцев и здесь будет не пройти. А сегодня я шёл, аккуратно выбирая место, куда поставить ногу. Мне почудилось, будто, наступив на растение, я причиню ему боль. А стебли, всё равно что живые, освобождали место для следующего шага.

Растения пустили корни в туалете. Облепили унитаз со всех сторон, спрятали его от лишних глаз. Как место ритуального поклонения. И окунули в него обнажённые желтоватые корни.

На кухне, помимо витиеватых лоз, обитали колонии плесени. Оставленную в раковине грязную посуду покрыло их пушистое одеяло фисташкового цвета.

– Товарищ охотник, вы здесь?

Услышал я уже знакомый дребезжащий голос. Старуха открыла дверь, но войти не решалась.

– Да-да. Секундочку.