Небо нашей любви. Часть первая

Он, прищурив подобно хищнику глаза, вдруг неожиданно сказал:

– Видал Краснов, а народ твоей крови хочет. Может, продолжим? Я без финки, – ты без «шпалера»… Один на один!

– Тебе это надо? Нет, у меня желания с тобой тут на публику бодаться!

Пока соперники разбирались между собой в споре, на выстрелы, которые пару минут назад прозвучавшие в руинах, уже поспешал местный участковый. Ему и было суждено поставить окончательную точку в этом споре.

Местный легавый дядя Жора, как звали пацаны участкового уполномоченного, был из рабоче-крестьянских органов милиции.

Услышав выстрелы, он сообразил, что кто— то из пацанов, балуется в развалинах найденным оружием, или стреляет из «поджига», сделанного из трубки насоса. На всякий случай он вытащил «Наган», и хотел было скрытно подойти к месту «ристалища», но зоркий глаз Семена Хвоща, заметил через пролом, мелькающую белую фуражку милиционера. В тот же миг пронзительный свист, прозвучал над головой дяди Жоры, и многогранным эхом отразился о крепостной стены.

– Атас! Пацаны, легавые!!!

Вся компания в мгновение ока вспорхнула со своих мест, словно воробьи с проводов. Тайными партизанским тропами, пацаны покинули место драки, и разбежались в рассыпную по руинам, словно здесь никого не было. Только Валерка Краснов да Сашка Фирсанов, остались стоять на месте напротив друг друга, стараясь показать свое я. Они молчали.

Дядя Жора, с револьвером в руках ворвался в башню.

– Что засранцы, попались!? Я вам, бляха медная, сейчас покажу, как из «наганов» палить! – сказал он, и подошел к Фирсанову.

– Ну – ка ежики курчавые, выворачивайте карманы!

– А на балалайке тебе не сыграть, – спросил Ферзь, перекидывая папиросу из одного уголка рта в другой. —А то давай, мы сейчас с Красновым тебе камаринскую сбацаем, а ты станцуешь по этому говнищу.

– Форточку прикрой уркаган доморощенный, – сказал участковый. —Руки в гору!

Фирсанов поник и кочевряжась поднял руки вверх. Дядя Жора уткнув револьвер в живот Фирсану, ощупал его и убедившись, что у того ничего нет, подошел к Краснову.

– Ну, а ты, что стоишь бедолага? Тебя Краснов, это тоже касается! Руки в гору, – приказал он, и Валерка без особого желания поднял руки.

Еще за мгновение до прихода милиционера Валерка сбросил пистолет на землю и ногой накрыл его кирпичом. «Браунинг» был маленький, и его легко было спрятать.

– Странно, – сказал участковый. – А кто тогда здесь стрелял?

– Кто стрелял, того уже дядя Жора, тю—тю – нет, испарился.