Небо нашей любви. Часть первая

В какой – то момент в кабинете военпреда зазвонил телефон. Майор Краснов поднял трубку.

– Майор Краснов на проводе, – сказал он. В телефоне послышались звуки. Сообщили, что делегация люфтваффе прибыла и находится на проходной завода.

– Все было тридцать три раза обговорено и согласовано. Да, да, немцы приехали играть в футбол с заводской командой. Наркомат оборонной промышленности дал добро. Да кто их пустит шататься по цехам, – сказал военпред и положил трубку. Отец закурил и глубоко затянувшись, сказал:

– Немцев они испугались! Кто несет ответственность? Какая ответственность, если вопрос решался в Москве, – сказал отец.

 – Так, подъем! Немцы прикатили. Пошли сынок. Директор Алексей Иванович Шахурин с парткомом уже на проходной с караваем их встречают, будь они не ладны.

В десять часов Заводские ворота со скрипом открылись, и на территорию режимного предприятия, испуская клубы бензинового выхлопа, въехал заводской автобус с группой немецких летчиков.

Немцы, не скрывая интереса, смотрели в окна, улыбались и приветственно махали руками.

Час назад немецкий транспортный «Юнкерс» Ю— 52 приземлился на аэродроме «Смоленск северный». Завод использовал этот аэродром для своих производственных нужд и по этой причине мог свободно принимать транспортные самолеты.

Сгорая от любопытства Валерка, подошел к группе встречающих. Он встал рядом с отцом, чтобы лучше рассмотреть летчиков знаменитого легиона «Кондор». Холеные хозяева Европы, вальяжно покидали автобус, и строились в шеренгу, перед руководством завода, держа в руках вымпелы с нацистской свастикой.

Как подобает русским традициям, директор завода Шахурин, парторг завода и военный представитель встречали гостей хлебом и солью.

Запах дорогого одеколона вперемешку с дымом сигар, ударил в нос. Это было непривычно для советских людей, и именно этот факт больше всего засел в голове Валерки.

– Гутен таг, – сказал Валеркин отец и подал команду заводскому оркестру, который ко дню прибытия немцев разучил один из торжественных немецких маршей.

Немцы улыбались, протягивали руки, для рукопожатий, и как—то неестественно позировали немецкому фотографу, который суетился перед гостями. Он щелкал фотоаппаратом и что—то говорил про русско – немецкую дружбу и показывал большой палец.

– Гер офицерен, ахтунг! Вы находитесь на территории тридцать пятого смоленского авиамоторного завода.