Небо нашей любви. Часть первая

– Косят, косят, да только козлам и мужикам, а такого блатного брата, как ты держат в отдельных бараках. Вам же ворам работать впадлу. Вот только тем приписочкам, по трудодням, которыми вы раньше занимались, и за которые вам срока резались —конец пришел. Работяги теперь, от воров и блатных, в других бараках чалятся, и пахать на вас не хотят…

– Я, начальник, вор! Как мне предписано судьбой, так пусть оно и будет, – сказал Фирсан. – Время покажет и пусть оно нас рассудит…

Майор нажал кнопку под столом и в кабинет вошел вертухай.

– Вызывали!?

– Да, Васильев, веди этого босяка в камеру. Пусть еще ума набирается. Придет время, сам на стрелку напросится, – сказал майор, закинув хромовые сапоги на стол.

Конвоир подошел к Фиксе, и сказал:

– Руки за спину… Пошел вперед!

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

ЧЕРНЫЙ КАРЦЕР

Повинуясь охраннику, Саша Фирсанов скрестил свои руки за спиной и вышел из кабинета.

Он шел, глядя на свои ботинки, из которых так и норовили выскочить его босые ноги.

Хлопая «гадами» по чугунной лестнице, Фирсанов поднимался наверх в сопровождении надзирателя, который шел сзади. Вдруг на площадке второго этажа он столкнулся, до боли знакомым ему человеком, который, так же как и он двигался под конвоем, спускаясь вниз. В одно мгновение Сашка узнал отца своего заклятого врага Краснова. Да несомненно – это был отец Красного. Поравнявшись с ним, Фирсан поздоровался:

– Здрасте, Леонид Петрович, – сказал Сашка, улыбаясь на всю ширину рта.

– А, Саша, здравствуй, здравствуй! – ответил Краснов. – Ты как здесь?

– Что ты лыбу давишь, профура? – и тут же ногой от конвоирующего вертухая получил в бок хромовым сапогом.

– Ты че сука, легаш поганый делаешь? – заорал Фирсанов и опустившись на колени, нанес удар охранника в пах. Тот взвыл от боли и схватившись за свои ушибленные тестикулы, присел. Второй охранник, стоявший за спиной новоявленного «положенца», сжав связку ключей, со всего размаха ударил ими Фирсана по голове.

Фонтан искр и нестерпимая боль прокатились от затылка до самых пяток. Фирсанов упал. Упал лицом на чугунную площадку между этажами. Четыре сапога стали жестоко избивать его.

– Что же вы, делаете мужики? Он же еще пацан! – вступился Краснов, и не удержавшись ударил вертухая в челюсть.

Краем подбитого глаза Сашка видел, как отец его недруга, его врага Краснова, потянул за него «мазу». Что было после, он уже не помнил.