Целитель

Игорь возмутился.

— Дело серьезное, — Петя, вопреки моим надеждам, на кухню не ушёл. — Слишком много вопросов накопилось, Олег.

— Вопросов или подозрений, или претензий? Просто напомню, что я уже несколько раз собирался уйти, но вы меня настойчиво останавливали.

— Не в этом проблема, — скривился Петя.

— Проблема в том, что ты ходячая аномалия! — выставил в мою сторону палец Игорь.

Кто бы говорил.

— Так что это было? — вернулся к вопросу Петя.

— Я уже сказал. Лютый ваш сделал биту из Масла, затвердив его. Замечу, что довольно грязного Масла.

Я же использовал более чистую версию. Никакого мошенничества. Чистота бьет грязь, как вы могли увидеть. То же самое постигло и его самого.

Это не совсем так. Одной чистоты недостаточно для разрушения твердой формы. Нужен ещё высокий контроль и кое-какие навыки воина. Но это у меня как раз было.

Также стоит учесть, что Лютый не особо-то напрягался. Масло можно сделать твердым, но это отнимает силы. Наверное, поэтому он и «сэкономил». Проще говоря, сделал «немного» твердую форму, а не что-то особо надежное и крепкое.

Возможно, не умел.

Бил он меня также без души. То ли, опять же, из-за гордыни, не воспринимая всерьез, то ли убивать не хотел. Он-то в голову целился. Поэтому перехватить было не так уж сложно, и даже рука не пострадала.

— Откуда ты это знаешь, спрашивать не стоит? — уточнил Петр.

— Знать — это одно. Он это ещё и умеет, — наставительно добавил Игорь.

Прям мудрец, тонко подмечающий реальность вокруг.

— Допустим, — продолжил Петя.

— Но как ты его самого так напугал? Это что-то из целительских техник?

— Нет, — качнул я головой. — Говорю же. Обычное, хорошо очищенное Масло.

— Тогда не понимаю. Я испытал приятные чувства, когда ты мне дал попробовать.

— Так-то ты. А то — он, — ответил я с важным видом.

Каюсь, но настроение у меня с утра было ни к черту. Ещё и завтрак не дали. Разбаловал меня Петр. Привык я, что вопрос как-то сам собой решается.

— В чем отличие? — внешне спокойно спросил Петр.

— Завтрака точно не будет? — с грустью спросил я.

— Вот наглец! — то ли возмутился, то ли восхитился Игорек.

— Сначала разговор, — Петя был непоколебим.

Шантажист малолетний.

— Отличие в том, что Лютый — плохой человек, — предпринял я очередную попытку отделаться общими словами.

— Олег, — подался вперед Игорь. — А ты можешь нормально объяснить?

— Нет.

— Но… — вскочил он и оперся на стол. — Так неправильно!

— В чем же неправильность? — наклонил голову я, с интересом его осматривая.