Оккультист

Я брезгливо скривил нос, рассматривая корешки книг в шкафу:

– Юнг, Фрейд, Эриксон, Эрик Берн, Пол Экман. Если это волшебство, то я уже архимаг. Ты не помогаешь. 

– Договор нерушим, а ты слишком дерзок. Какой магии будем учится? Родовой ты не владеешь. 

По заверению старушки, вскрывшей себе живот. Очень надёжный источник знаний.

– Демонология. 

– Странно, что ты не назвал это первым. 

Признаюсь, сглупил. Решение лежит на поверхности. Если существуют демоны, значит реально и управление ими.

А что это, как не магия? Чёрный человек медлил, смахивая пыль с цилиндра.

– Нет. Я не стану обучать тому, что можно использовать против меня. Ещё варианты? 

Вертит обязательствами, как хочет. Этот фарс не имеет смысла, ничему демон не станет учить. Раз все не серьёзно, то и я пошучу:

– Вуду. 

– Пробуй. Ближайший вариант: Гаити, шестой остров к северу от Грейт-Инагуа, третье бунгало от единственной пещеры. Спроси Папашу Эша. И не подхвати там заразу, в тебе и без того достаточно гнили.

 

Он что, издевается? Вуду, насмешка над целыми поколениями мистиков, работает? Какое ещё Гаити? У меня даже визы нет, загранник просрочен, языка не знаю. Так не пойдет, нужно что-то более распространённое.

– Спиритизм и ясновидение. 

– Не так быстро, ученик. Один вариант за раз. Куда торопишься? Наслаждайся едой, пустыми разговорами, безмятежным сном, – и без ехидной улыбки было понятно, что опухоль в моем теле - его работа. 

Торопит и сам же затягивает дело.

Опять поставил условие, которое ранее не оговаривалось. Чёрный вертит мной, как хочет. 

– Тащите лом, здесь хлипкая! – раздался грубый голос из подъезда. 

Я и забыл насколько тонкие в доме стены. 

– Голубая, – прошипел демон, обращаясь в дым. 

Едва удержав вертевшийся на языке вопрос, я раскрыл шкатулку. Темно-голубая или светло-голубая? Надеюсь, в древние века существовал синий цвет и учитель не дальтоник. Леденец неприятно холодил руку, даже морозил.

Хотел перекреститься напоследок, но не стал. Без веры символика не помогает, а с верой она уже не нужна. Мироточение, схождение благодатного огня и нетленность мощей - слишком яркие проявления лжи. Их развенчали ученые ещё в середине прошлого века. То что мне предстоит, лежит далеко от проворовавшихся попов и разбивающей лоб паствы. Нет уж, надо встретить неизвестность без страха: широко раскрыв глаза, я сунул леденец в рот.

Хотел проглотить его, но не смог.