Ангелы в городе

И правда, церковь Олевисте же возвышается, и я сейчас - возвыщаюсь, а значит, мы находимся совсем рядом, она и я. Я бежала почти вприпрыжку, и даже холодный день уже не казался настолько холодным.

- Мышка! - Дэни был тут как тут. Сидел, как примороженный, на паперти, обхватив голову руками, и смотрел перед собой в одну точку. Ну, и что случилось? Мы расстались от силы двадцать минут назад.

- Здравствуй снова, Дэни, - нехорошо улыбаясь, я присела рядом с ним на корточки. - А теперь выкладывай. Кто тебя послал, я догадываюсь, с какой целью - тоже, так что давай сразу к главному: что привело тебя в это состояние.

- Он, - Дэни указал подбородком на черную церковную дверь..

Какой же он еще мальчишка.

Какие же мы еще все дети, только подумать, а заварили такую кашу, хотя, может быть, если подумать... Будь мы взрослее да мудрее, ничего этого не было бы.

И нас бы - не было.

И всей нашей по-своему чудесной жизни, наполненной мгновениями и впечатлениями... И, например, встречами со старыми дорогими боевыми товарищами.

Я решительно взялась за ручку.

- Мне пора кое-кого проведать. Пойдешь со мной? Только в этот раз, умоляю, без глупостей.

Дэни кивнул и осторожно поднялся с паперти. Я заметила, что его немного потряхивает, а на правой руке горел явственно свежий след ожога, но промолчала. Успеем еще наговориться. После.

В церкви Олевисте было пусто и гулко. В полумраке белели перекрытия, блестели трубы огромного органа. И ни единой живой души - ни священников, ни прихожан.

И того, кто мне нужен, я тоже не вижу.

- Наверх, - пробормотал Дэни.

- Что, прости?

- Он ушел наверх. Наверное, нам нужно последовать за ним?

- Нужно. Веди.

- Ты все еще не боишься лестниц?

И снова - боль-ше-ни-ког-да! Лестница на Олевисте совершенно чудовищная. По крайней мере, в Москве мне редко приходится бегать по таким, и вообще я не любитель колоколен. Но тот, кто так изящно пытался избежать нашего общества, явно был большим любителем слушать колокола вблизи. Ступенек в башне было явно больше сотни, и все они очень, очень плохо сохранились.

У меня закралось впечатление, что башню семь или восемь раз отстраивали заново, а ступеньки оставляли. Так они и торчали лестницей в небо со времен самого короля Олафа, еще не признанного тогда святым...

- Мышка, ну где ты там? - голос Дэни звучит намного выше. Придется поднажать, чтобы догнать его.

- Ты умеешь летать? - спрашиваю зачем-то, стараясь, чтобы голос не был сильно запыхавшимся.