Участковый тигр

Вдалеке грянул гром. Через пару мгновений проливной дождь обрушился на город, смывая пыль и гряз скопившиеся за последние, засушливые дни.

Сделка со следствием?

Менгалеев тридцать пять часов сидел на третьем этаже изолятора временного содержания. Время в одиночке тянулось омерзительно долго. Телефон у юноши отобрали, экранированные стены камеры не позволяли использовать магию. Из всех развлечений у Алекса остались только встречи с адвокатом и мамой.

Кормили в изоляторе паршиво: никаких тропических коктейлей, крабов, устриц.

Только каши, супы, дешёвый чай. Хорошо, что мама принесла нормальную домашнюю еду, книги, предметы гигиены, письменные принадлежности и сменную одежду.

Обвинений не предъявляли. Менгалеев и адвокат надеялись, что у тупых офицеров МСБ ничего нет. Записи разговора с капитаном, притворяющимся Хасановым, явно было недостаточно, для выдвижения обвинений. Прокуратура не должна одобрить заведение дела построенного на столь шатком доказательстве.

Алексей надеялся выйти по истечении сорока восьми часов и вернутся к обязанностям временного главы Свободных в Первоуральске.

Сидя в камере юноша в красках представлял разгульное празднование на свободе и страстное завершение вечера с подружкой или Отвёрткой.

На тридцать шестой час томительного заключения, Алексея вызвали на допрос. Выводить мага из камеры, как обычно, пришёл целый отряд. Четверо младших инспекторов в сопровождении инструктора-кинолога со злющей овчаркой. Прозвучала команда «К дверям спиной, руки в окошко».

Алексу пришлось подойти и встать в унизительную позу, чтобы просунуть руки в небольшое окошечко для передачи еды.

Антимагические наручники захлопнулись на запястьях. Неприветливый голос из-за двери скомандовал «На исходную, лицом к стене!». Маг неохотно повиновался. Лязгнула решётка. Затем открыли тяжёлую металлическую дверь с защитными магическими печатями. Двое инспекторов вошли в камеру, скрутили юношу и, заставляя смотреть лицом в пол, повели на допрос.

В небольшой комнате для допросов стояла выкрашенная в белый цвет клетка с обычным офисным стулом внутри.

Слева и справа от клетки располагались старенькие, потёртые деревянные столы. Справа от клетки сидел Быстрыкин и Злоказов, слева — адвокат Свободного Дома. В углах допросной помигивали камеры наблюдения.

Алексей не боялся допроса. Двенадцать часов назад адвокат встретился с ним и ещё раз обсудил линию защиты. Адепты Свободных, задержанные в лесу, молчали несмотря на давление полиции.