Грань

Ангел шел в пиджаке, а демон просто щеголял черной рубашкой, неся свой пиджак на плече. Некоторые прохожие посматривали на него и ежились от холода.

— Ангелок, а зачем нам вообще спасать этих людишек? Может ну его? Пусть убивает, забирает души…

— Что, испугался? — презрительно спросил Гелеон, прервав своего напарника.

— Кто? Я? — демон рассмеялся, откинув голову назад. — Они ведь все грешники, все до единого! Это просто… просто невыносимо! Даже я не могу смотреть, как они безнаказанно ходят по улицам, ангелок. Этот город — это рассадник греха.

Садом и Гоморра по сравнению с ним просто монастыри. Разве ты этого не видишь?

— Вижу!

— Смотри, как вольготно они себя чувствуют! Уже ничего не боятся. Они о боге вспоминают только, когда их зады начинают пригорать. Кто из них будет молиться, когда все хорошо? Никто! Сначала церковь сделали способом управлять людьми, а сейчас это просто еще один шанс обогатиться. Даже те, что должны очищать людей и нести слово его, — демон указал на небо, — грешны. Этот город, как сотни других, превращает людей в заложников порока.

Они больше не способны достойно жить. Твой бог для них обуза, бремя, которое никто не собирается нести. Грешник, грешник, грешник, — демон начал указывать пальцем на встречных прохожих.

— Я и сам все это знаю!

— Если бы я мог карать их так же как ты...

— Чего ты от меня хочешь?! — прокричал Гелеон, оборвав речь демона.

— Я хочу понять, почему ангел—воитель Гелеон отказался стать ангелом смерти Гелеоном. И почему он разубедил господа обрушить гнев свой, и покарать грешников.

Почему ты не обрушил на них бедствия? Почему не уничтожил их? Почему не показал истинную силу забытого ими бога? Уничтожь ты все это, немногие выжившие сидели бы сейчас вокруг костров и молились.

Ангел несколько секунд смотрел в темные глаза демона.

— Потому что… — начал он, но потом остановился, и поймал ладонью первую пушистую снежинку. — Снег… — тихо произнес Гелеон, рассматривая ее.

— Снег, — повторил Теос, наблюдая, как снежинки тают, не долетая до его кожи.

Все вокруг остановились, и, улыбаясь, смотрели на первый снег, столь редкий для этих мест. Огромные пушистые снежинки медленно опускались им на волосы, одежду, распростертые руки. Всех охватило мимолетное чувство радости и единения. Гелеон остановил свой взор на молодой беременной женщине. Она, улыбаясь, смотрела на пушистый снег. Теос тоже перевел свой взгляд на нее.

— Потому что надежда есть, — тихо проговорил ангел, положив руку на плечо демона.