Стажировка для бога

Тягучая неопределенность производила лучший эффект нежели прямые оскорбления. И Данила, будучи профессионалом своего дела, пользовался недомолвками по-настоящему виртуозно.

— Ну что же ты какой недоходчивый? — продолжал он. — Мы все заметили. А ты даже в зеркало, получается, не смотришься?

— О чем ты? — вымученно спросил Нос.

— Да о твоих новехоньких прыщах! — не выдержав интриги, крикнул один из Данилиных прихвостней.

И тут уже вся компания разразилась истово громоподобным хохотом. Двое парней от смеха едва держались на ногах, третий утирал выступившие на глазах слезы.

И только Данила не поддался всеобщему веселью. Криво ухмыляясь, он внимательно следил за реакцией Носа, который, в свою очередь, занимался тем, что заливался краской по самые уши. При этом прыщи его, которых и правда имелось в излишке, от жгучего стыда лишь еще больше выделились на его лице и теперь горели точно сигнальные огни самолета. Несчастный Нос не знал, куда ему провалиться. Окруженный гогочущей сворой, он не мог просто уйти, а потому лишь неуклюже перетаптывался на месте и как мог старался укрыть пылающее лицо в своих ладонях.

Между тем, с каждой секундой ситуация становилась все запущеннее. Бурное веселье начало привлекать внимание мимо проходящих учеников. Ребята останавливались и с любопытством рассматривали участников представления.

Тут же среди зрителей оказался и Сим. Стоя в толпе ребят, он хорошо слышал их разговоры. Кто-то беззлобно посмеивался над раскрасневшимся здоровяком Носом, другие называли Данилу красавчиком… И только один раз прозвучало сокровенное: «Бедняга Нос».

— Ах, если бы дело было только в прыщах, — тем временем, продолжил Данила и драматически покачал головой, так словно выступал на сцене. — Но ты посмотри на себя. Это же просто уму непостижимо! Ты ведь еще и обзавелся десятком лишних килограммов!

— Я не… — попытался возразить Нос.

— Да-да, — с нажимом перебил его Данила. — Я вижу. Мы все видим, жиртрест. Ты совершенно точно ограбил склад с новогодними сладостями.

Все улики на лицо — не отвертишься!

Последняя фраза стала сигналом к новому взрыву хохота. Теперь еще громче, еще гаже прежнего. Мучители веселились будто перед ними выступал целый цирк. И что хуже всего — настроение их стихийно передавалось всем присутствующим. В толпе то там то тут слышались сдавленные смешки, среди многочисленных лиц мелькали улыбки.

Данила выглядел чрезвычайно довольным.