Стажировка для бога

Просто смотрели в одном направлении — туда и двигались. Благодаря Полине Симу удалось познать лучшие качества человеческого характера. Она — Полина — обладала всеми этими качествами. Она была добра, была умна. Она неизменно стремилась помочь и почти никогда никого не осуждала.

Не осуждала — это важно. Если что-то в ее жизни шло наперекосяк, она не стремилась найти виноватых, просто делала то, что считала необходимым. И она всегда поступала по совести — Симу это особенно нравилось, ведь он тоже старался следовать голосу сердца.

Теперь же его сердце болело. В нем чувствовалась пустота. С каждым днем, проведенным без подруги, Сим чувствовал, как его внутренности сдавливает и разрывает одновременно. Все чаще его мучило ощущение невысказанности — вокруг происходило столько всего, а поговорить об этом было не с кем. Остальные ребята не в счет, ведь рядом с Полиной они казались посредственными собеседниками. С ними Симу постоянно приходилось подбирать слова, объяснять на первый взгляд элементарные вещи, следить за языком, стараться не раскрыться больше нужного.

С Полиной такого не было. В бесконечных разговорах с ней Сим мог позволить себе побыть настоящим. Иногда он даже забывал о конспирации — настолько легко и комфортно он себя ощущал.

Ну а теперь — что? Теперь — ничего. Не с кем поговорить. Не с кем поделиться эмоциями.

Кроме того, положение усугублялось непроходящим чувством вины. Стоило вспомнить ее испуганное лицо в окне квартиры, стоило подумать о молчаливом осуждении, с которым она смотрела на него теперь каждый день… И Симу становилось плохо едва ли не на физическом уровне.

Разумеется, он мечтал поговорить. Хотел объясниться. Ждал любой возможности, был готов раскрыть все свои секреты… Только бы еще хоть раз увидеть ее милую понимающую улыбку.

Но возможности все не представлялось.

***

Незадолго до зимних каникул на участок деда Захара нагрянула учительница геометрии. Сперва она пыталась казаться суровой: остановила работы, отчитала тех, кто трудился без перчаток, придирчиво осмотрела собак.

Затем, уединившись с хозяином участка в доме, она эмоционально что-то ему выговаривала. Всего разобрать не получалось, но ребята отчетливо слышали, как она несколько раз произнесла слова «ответственность», «опасно» и «несовершеннолетние». Дед Захар отвечал ей тихо и размеренно — расслышать его реплики не представлялось возможным. Дважды они весело хохотали.

Когда же учительница вновь показалась на улице, ее как будто подменили.