Сын Ведьмы

— Что с твоей рукой? — кивнул он на укутанную в повязку и перчатку руку.

— Скажем так, проявилось мое наследие… Ты правда хочешь это увидеть?

— Меня в этой жизни уже ничто не может удивить, — отмахнулся он, с интересом наблюдая за «распаковкой» моей культяпки. Пошевелив демоническими когтями, я насмешливо усмехнулся, заметив ошарашенное выражение его лица. Махнув залпом остатки бренди, Гордон налил себе еще, с трудом оторвав взгляд от моей черной с яркими бело-голубыми узорами руки.

— Я не знаю, как это отменить, она просто застряла в полутрансформе, когда я едва не погиб после нападения демонического дерева.

Все самое интересное проспал, несколько дней валялся в горячке. Проснулся — ни дерева, ни демонов… А до этого всякое произошло… Пришлось побегать по зараженному городу. Мы месяц сдерживали демонов, неизбежно отступая, несли колоссальные потери… — Я судорожно вздохнул, стоило только вспомнить весь тот кошмар и ночи, наполненные ужасом, страхом не дожить до рассвета, страшась найти на опорных точках погибших товарищей, разорванных демонами. — Там остался почти весь батальон, отец… Мой отряд полег полностью, а меня демоны погнали к самому центру, словно играя. Где сидел этот их главгад.

— Я получил донесение, что с демоном и этим деревом покончено, — тяжело вздохнув, проговорил Гордон, подливая мне еще.

— Да… Данте все же справился, не без помощи Неро, конечно же. И Ви… К сожалению последний не выжил… Неро сам не свой ходил, переживал из-за него, я же видел. Так что как только отлежался у них дома после ранения, сразу же поехал сюда.

И вовремя… Вон, похоронка все же меня опередила.

— Думаю, среди твоих предков каким-то боком затесались демоны.

— Это точно, — согласился я, невесело усмехнувшись, покосившись на свою демоническую руку, — знать бы еще кто… Но я давно для себя решил, что не стану искать своих биологических родителей. Отец скорее всего мертв… А мать… неизвестно кем она была на самом деле.

— Ты ведь понимаешь, что с таким украшением тебя до полетов не допустят.

Как бы в командовании не прознали и не решили закрыть тебя в какой-нибудь научной лаборатории.

— Что предлагаешь?

— Почетную отставку по ранению, пенсию ну и представить тебя к награде.

— Награде… — невесело протянул я, слегка захмелев. Все же крепким алкоголем я баловался редко. — Не за что меня награждать. Я всего лишь выжил и ничего толком не натворил, никому не помог. Бесполезный, мертвый груз… Пенсионер в неполных тридцать лет.