Вне Круга. Чужак

– Ты этого не знаешь, – Макс оборвал меня, отложив сладость, – и здесь мы оба подходим к грани бесконечно опасной добродетели. Как ты думаешь, что случится, если о нас узнают? Не врачи, которые уже ни во что и никому не верят, а люди вроде твоего отца, с деньгами и влиянием? СМИ? Органы? Да тот же Минздрав, прости господи? Что это будет – принудительное использование магии во благо народу? Я буду клепать талисманы под препаратами, чтобы не отрубаться после каждого, Сергея обяжут исцелять страждущих на свинофермах с нормой по сто человек в день вместо разом хирургической бригады и забойщика скота, Ника станет помогать каким-нибудь иллюзионистам в детской больничке, а ты в полиции на задержания преступников выезжать начнешь на пару с Петром? Ты хочешь этого?

– Это одна Вика… – я понимал, что Макс прав.

Но отступать просто так намерен не был.

– Веня, я все понимаю. Но где Вика – там и еще кто-то важный. Год, два, десять – рано или поздно. Где один важный и спасенный магией – там другой. Одна жизнь в обмен на что?.

. Как думаешь, что получит тот, кто спасет президента или главу какой-нибудь «Роснефти», скажем? Сколько власти? И сколько времени пройдет, пока это не откроется? Мы станем мучениками, козырной картой, которую будут держать в клетках и доставать в нужный час. Нас будут использовать, нас лишат права быть собой, у нас отберут свободу. За нами будут охотиться, и не только за нами с тобой, но и за поколениями после. Стоит развернуться в сторону «а если» – и это будет так. Спору нет, наши силы стоит использовать. Но если мы просто решим делать это во благо всем, то через очень небольшое количество времени как каждый из нас окажется на кресте.

Я провел руками по лицу, словно так мог стереть нарисованную жесткими словами друга реальность.

– Я думаю, и Сергей со мной согласен, что нет смысла скрывать его силы от Круга. Если кому-то из наших нужна будет помощь – то за плату или ответную услугу эту помощь он готов оказать. Остальные… Мы не можем помочь всему миру. И в итоге на нас ополчатся те, на кого просто не хватит сил.

– И не будем делать ничего…

Макс вернулся к конфете.

– С чего это? Мы делаем. Делаем, и ты это знаешь. Почему Сергей так затронул тебя?

Я пожал плечами.

– Не знаю, Макс. Просто… Он мне в отцы годится. И такой искренне наивный… Могу жизнь спасти, значит буду по тридцатнику просить, блин, и в газету подам объявление... Да любой на его бы месте того хлыща в костюме как липку обобрал бы, видно, что деньги водятся.