Ньёрр. Помешательство во спасение

И хотя поводов ожидать негатив от этого конкретного человека нет, в голове все равно проигрываются неприятные сцены, как она не примет мою картину мира и сочтет глупышкой, сказочницей, снисходительно промолчит, решив прервать и без того редкое общение, каким-то другим образом ограничит человека, чье представление о мире разнится с ее, либо как она не поверит и банально не поймет, испугается, устроит скандал, заклеймит сумасшедшей. Такие реакции я уже видела вживую от людей, которым доверяла в прошлом слишком сильно. С тех пор я дала себе обещание не рассказывать людям о пережитом в Ньерре.

Это было до возвращения сил, но не вижу причин снимать запрет сейчас.

Для обсуждения переживаний достаточно лигурцев, а с землянами в этом плане сложно.

Я могла бы попробовать удовлетворить свое любопытство и поискать диафильмы Марии в Ленте, но что-то во мне знает, что делать этого нельзя. Остается продолжать работать и собирать пазл из случайно услышанных фраз.

Так, в размышлениях о новых вводных и прошел последний выходной день.

Высокий сезон в горах заканчивается, работы стало немного меньше, хоть отдыхающих все еще очень много. Теперь я смогу чаще бывать в Лигуре, не сильно выбиваясь из рабочего ритма. А еще сейчас я начала гораздо больше общаться с людьми здесь, на работе. Стала обращать внимание на необычных гостей, заводить с ними знакомства вечером, в свободное от работы время. Уже накопила ворох историй как о злоключениях, жизненных трудностях, черных полосах, так и о преодолении любых преград.

В социальных сетях появились новые контакты людей, которых хочется узнать поближе, и тех, кто зовет в гости к себе в разные города по всей стране. Удивительный опыт, еще пару месяцев назад я брызгала всюду ядом и ненавидела себя за это, а сейчас с удовольствием слушаю людей и радуюсь их жизни. Видимо так действует отсутствие гнета ответственности за свою жизнь и будущее. Здесь, на турбазе, нет ощущения собственной ничтожности, ведь ты каждый день сыт и знаешь, где уснешь и проснешься. Хоть это лето я провела не в попытках стать человеком, а в простом выполнении своей работы. Как мало оказалось нужно для счастья.

Из очередных философских раздумий меня выдернуло чувство внезапной чужеродной ментальной связи. Холод вдоль позвоночника от затылка к грудному отделу, визуализация чужих слов в собственных мыслях. Всё-таки к этому невозможно привыкнуть.

- Да, я слушаю, — ответила я налетчику. Это мог быть и Алексей, конечно, но я была уверена, что ответит Виктор.