Пропавшие

С последним было тяжеловато, этот запрет довольно часто нарушался, один Оливер кто знает сколько обратил людей лишь потому, что ему было скучно. На некоторые случаи обращения охотники закрывали глаза, если новообращённые не представляли опасности. Некоторые. Но не всегда. Элвуд переминается с ноги на ногу, где-то над их головами мелодично поёт птичка, и сейчас это кажется таким нелепым.

– А Клэр? Он же не обратил её, – осипшим от горя голосом спрашивает он.

– Думаешь, я буду ждать пока по городу, будет бегать новообращённый кровожадный вампир? Что, хочешь сказать, что твой братец смог бы её контролировать? – в голосе Лу звучит нескрываемая издёвка, и она обводит Элвуда взглядом победителя.

– Как ты узнала? Ты не вампир, ты не могла услышать их разговор, – от горечи потери, от издевательского тона этой охотницы Элвуд начинает терять контроль. Гнев переполняет. Прищуривается и, сам того не замечая, начинает скалиться. Но остаётся на месте. Одно неосторожное движение, и кто знает, что сделает эта сумасшедшая.

Лу ничем не лучше Оливера, но в том, что она стала такой, заслуга Оливера. И Гидеон погиб из-за него. Тяжело, прерывисто дышит. Очень хочется оторвать ей голову. Но приходится держать себя в руках.

– У охотников есть досье на каждую вампирскую семью. Оно обновляется. Твоя сестричка, Синтия, такая прелестная. Сколько там осталось до того, как она покинет “гнездо”? – Лу громко смеётся, видя, как хищно блеснули глаза Элвуда. – Да не заводись ты так.

Гидеон был случайностью, мы с Клэр работали вместе, можно сказать, дружили. А потом у неё появился парень, как только она показала его фотографию, сразу узнала его. А затем разместила жучки в их доме и скрытые камеры.

– И ты убила свою подругу. Ты ничем не лучше Оливера, – на лице Элвуда гримаса отвращения.

– Клэр перестала быть моей подругой, как только решила стать вампиром и завести вампирское отродье, – её руки скользят за спину и через мгновение на Элвуда смотрит дуло пистолета.

– Хватит разговоров. Твой рот в крови, кого ты ел?

– Я, – в растерянности бормочет Элвуд и медленно дотрагивается подушечками пальцев до подбородка, видит на них алые капли крови. Морщится. Напряженно сглатывает, чудом поборов желание лизнуть их. Видимо поранил губу своими клыками и не заметил этого. – Никого, – всё его внимание сосредоточено на Лу. Она выстрелит. Элвуд знает это. Но зачем? Пули не убивают вампиров. Его тело в напряжении.