Колыбельная для смерти

Нужный им дом прятался за «коробкой» – спортивной площадкой, заключенной по периметру в высокий сетчатый забор. Летом тут играли в дворовый футбол, зимой заливали каток. Сейчас же площадку затопило дождевое озеро, в темных водах которого тускло отражались окна серой пятиэтажки. Дина скользнула взглядом по маленьким выпуклым балконам здания, на многих из которых полоскалось на ветру выстиранное белье, и бросилась догонять уже нырнувшего в подъезд Дэна. Альфия Зуфилова, одна из четырех жертв, проживала до своей гибели на третьем этаже.

Возможно, кто‑то из родственников уже успел занять квартиру, но на почтовом ящике до сих пор значилось имя бывшей владелицы.

– Поговорить бы с кем‑нибудь, узнать бы о ней, – тихо шепнул Дэн.

– Зачем? Ты волен сам придумать характер героини, незачем его списывать с реального человека.

– Ты сама себе противоречишь: то узнай подробнее о жизни гадалок, то…

– Я имела в виду общение с живой ясновидящей. А ходить расспрашивать жителей об их погибшей соседке из любопытства – это как‑то бестактно.

Мы же не из полиции.

Они еще немного поспорили и, может, Дина настояла бы на своем, если бы в этот момент не хлопнула дверь на площадке этажом выше и к почтовым ящикам не спустилась пожилая дама. Окинув сердитым и цепким взглядом чужаков, жительница не замедлила грозно спросить, кто они такие и зачем тут вертятся. Дина и рта не успела раскрыть, как Дэн уже очаровательно улыбнулся пожилой женщине и завел с ней разговор. Дине только в очередной раз оставалось дивиться умению Весенина очаровывать дам и заговаривать им зубы.

Они по инициативе Дэна довели женщину, которая представилась Марьей Васильевной, до ближайшего продуктового магазина, и за этот короткий путь жительница успела поведать им не только часть своей жизни, но и всласть посплетничать о погибшей Альфии. Так они узнали, что Зуфилова была одинокой

. За те пять лет, что проживала в этом доме, успела не только сыскать популярность у жительниц как гадалка, но и стать местной знаменитостью: однажды к ней приезжали с городского телевидения брать интервью, а потом пригласили на какую‑то программу аж в столицу.

Марья Васильевна, конечно, в ясновидение Альфии не верила и такой род деятельности не одобряла, но мирилась, потому что соседка не мусорила и не шумела, напротив, частенько сама мыла подъездную лестницу и площадку. К тому же, несмотря на звездный статус, была приветлива и пару раз выручила Марью Васильевну солью.