Гремучий Коктейль - 2

- Я слегка сильнее влип, - пребывая под неизгладимым впечатлением совокупления графа и негритянской принцессы, я слегка потерял контроль над речью, - Влез к Парадину в долги. Неболь…

- Нет, я не пришлю Пиату! - тут же резко перебил меня Азов, начав как-то поспешно собираться, но, чуть пометавшись, всё-таки продолжил, серьезно глядя мне в глаза, - Кейн, ты сделал огромную ошибку. Парадин похож на большого буйного медведя, но это потому, что Метода его семьи крайне редка. Это Исцеление, Дайхард, слышишь? Они практикуют только его, не используя ничего другого.

- …а также проклясть, отравить, заразить болезнью и взорвать…, - меланхолично поведала вновь зашедшая на «огонек» Кристина, - Мы пробовали. Кажется, эту сволочь вообще нельзя отправить на тот свет.

- Ох, Кейн-Кейн… как же так…, - печально покачал головой мой приятель, - А ведь у нас могла случиться такая прекрасная дружба!

- Да иди ты в задницу! - послал я в задницу сына одного из наиболее могущественных родов огромной империи, - Я еще жив!

- И не факт, что он доживёт до Парадина, - поведала «веселая и оптимистичная» Кристина Азову, - Судя по тому, что я поняла насчет Дайхарда – он вполне может угробить себя пораньше.

- Наговариваете…, - пробурчал я, вставая, чтобы проводить гостя.

…и через полтора часа гробил себя вовсю. На полном серьезе.

- Отказываюсь, - слова падали мерно и холодно, несмотря на то что внутри чуть ли не трясло от адреналина.

- Вы не можете отказаться, - сухо, уверенно и категорично произнесла сидящая напротив меня женщина, с которой мы уже полчаса как пили чай.

- О, еще как могу, - ухмыльнулся я непослушными губами, - Если готов принять последствия. А я их, боярыня, принять готов. Все, без исключения.

- Юноша, вы нездоровы на голову? – осведомилась у меня Анастасия Игоревна Моргалина, боярыня по рождению и фрейлина императрицы Марии по существу, - Вы понимаете, что вы говорите? И кому вы это говорите?

- Прекрасно понимаю.

Хорошо иметь лорда в голове. Даже если то, что он передает мне через даймона – категорически неприятные вещи.

- Я бы желала услышать объяснения, Дайхард, - процедила фрейлина. Была она одуряюще красивой женщиной лет тридцати, одетой в довольно скромное платье, но с волосами, выкрашенными во все цвета радуги, причем очень тонкими прядками. При взгляде на её голову, у меня начинала болеть своя.