Менталы

Тогда мы с ней ничего не боялись и в попытке раскрыть все тайны Акрополя, погружались все глубже и глубже, пока однажды… не зашли слишком далеко…

Наверняка, кто-то и до нас был в Библиотеке, иначе откуда бы взялись слухи? Но, думаю, что древние менталы пришли к тому же выводу, что и я: это место нужно держать в тайне. Разумеется, природа менталов такова, что для них не существует замков. Чем лучше что-то спрятано, тем больше соблазна это отыскать. Поэтому проще убедить всех, что никакой Библиотеки вовсе не существует, чем доказывать, что в нее не стоит соваться.

К моменту нашего погружения мы с Оливией уже очень много знали об Акрополе, но так и не раскрыли собственных талантов. Так мы думали. Но правда в том, что способность без особого риска спускаться на нижние уровни ментального мира была моим талантом дайвера. Поскольку все менталы могли перемещаться между измерениями, мы и не думали, что это может быть отдельным талантом. О дайверах говорили очень мало, так как никто не был уверен в их существовании.

И именно я затащила подругу на самое дно мироздания. Так глубоко, что она уже не смогла вернуться.

Я смутно помню, что тогда произошло, но одно воспоминание отпечаталось в моем сознании и в моей душе так же ярко, как зимнее солнце на безоблачном холодном небе: я ушла в Акрополь с подругой. А вернулась без нее.

Она дышала, ела, иногда даже передвигалась, если ей помогали. Только это была не она, а всего лишь ее материальная оболочка, сохранившая работоспособными те участки мозга, которые отвечали за самосохранение.

Но ее самосознание, ее личность осталась там − в Библиотеке.

Теперь ты знаешь, от чего я бежала в Пальмиру и почему не убежала дальше. Почему просила Ива не лезть в тайны Библиотеки и в историю Таиса. Оправдывает ли это меня? Возможно. Считаю ли я себя оправданной? Нисколько…

Айлин подняла заплаканные глаза и увидела, что Оливия смотрит на нее. Этот взгляд ранил больнее любого обвинения, острее любого ножа. Этот взгляд не выражал ничего: ни беспокойства, ни заинтересованности.

Сейчас ее глаза больше походили на камеру, которая фиксирует, но не анализирует реальность.

Айлин прислонилась к стене под окном и отвела взгляд.

– Серафима сказала, что я эгоистка, а Ирвин, что трусиха… пожалуй, они оба правы. Я убеждала себя, что так лучше для всех, но в итоге…мы оказались не готовы к тому, что началось…

Лив, я перестала понимать Акрополь… перестала понимать саму себя.