Мессир Константин 1: Дом колдуна

Всегда в длинных белых платьях до пят, с распущенными волосами и широким черными зрачками, из-за чего их взгляд становится как бы чуточку безумным. Этих красоток ни с кем не перепутать.

Они немного не от мира сего - разумны и безумны одновременно. Темнота их не звала, она ими завладела, сделав своими сосудами. Эти девушки почти не помнят, кто они, словно забывают прежнюю жизнь - пропадают для своих семей, исчезают. Так что столкнувшаяся со мной красавица могла быть как обычной поселянкой, так и дочкой какого-нибудь графа, а то и вовсе принцессой из далекой страны.

Рано или поздно - обычно через пару лет - когда Темнота их отпускает, такие девушки находятся так же внезапно, как и пропадали. Возвращаются к родным, смутно помня свои скитания и не в состоянии объяснить, где они были все это время. Жизнь с Темнотой становится для них как далекий странный сон.

Вот такие они - пифии. Бродят по миру одними им ведомыми маршрутами. Их не надо обижать, не надо останавливать. Если пришли к тебе - пусти, если уходят - отпусти.

Моя мать, скорее всего, была одной из них, но точно я не знал.

- А мама кто? - спрашивал я в детстве у отца.

- Пройдись по дому, - отзывался он, - да выбери любую.

А выбирать было из кого. На тот момент у него жило почти два десятка молодых женщин - одни уходили, на их место приходили новые. Дом никогда не опустевал.

- А кто моя? - допытывался я.

- Да они все твои…

Я слегка тряхнул головой, отгоняя воспоминания.

Казалось, уже голова шла кругом - от всего этого мелькания, криков и толкотни. А это зря - ухо здесь все-таки надо держать востро.

Наконец, пройдя еще глубже, мы добрались до рядов, где, помимо лавок со скверной, были еще и ремесленные мастерские. Тут изготавливали на заказ все что угодно - не сомнительные медальончики, как на входе, а что-то действительно стоящее, в чьих колдовских свойствах уже сомневаться не приходилось.

Толкнув дверь, мы вошли в лавку, обещавшую в кратчайшие сроки медальоны и амулеты любой сложности. За прилавком коротал время тощий паренек, то ли подмастерье, то ли сынок хозяина, с серьезнейшим лицом склонившись над горящим экраном смартфона, будто делал там ответственную работу. Глеб с точно таким же умным видом запускал в юности порнушку.

Дверной колокольчики огласил, что мы пришли.