Мессир Константин 1: Дом колдуна

Какого черта там творилось? Воздух в гостиной будто дергался, капли на стенах словно прыгали, а пол под ногами вообще содрогнулся. Казалось, еще миг - и под ним разверзнется черная дыра, которая затянет куда-то очень глубоко. А потом дверь с треском распахнулась - сама, - уже не оставляя сомнений, что пора сваливать.

Без всякого стеснения Юрий перешел на бег. Даже дом уже не так пугал - хуже всего был этот наследник, чей взгляд пробрал аж до костей. Наличие или отсутствие в человеке Темноты никак внешне не определить, кроме одного места - глаз, которые являются как бы окошками в душу и которые время от времени чернеют, если Темнота есть внутри.

Она как будто вылезает с той стороны и смотрит на мир.

В своих глазах делец никогда ничего такого не замечал, сколько ни всматривался - лишь иногда мелькали едва заметные всполохи, когда он пытался кого-то уговорить. А у этого… Нужное слово как-то не подбиралось, даже думать про него было жутко. В этих и без того черных глазах вдруг появилась даже не чернота, а страшный глубокий мрак - как будто приглашая в глубину огромной могилы.

Он очень быстро исчез - всего доля секунды и растворился. А потом с диким грохотом распахнулась входная дверь… Юрий даже сейчас вздрагивал, вспоминая. Ну и сынок был у этого колдуна - прямо ему под стать. Он же казался вполне обычным…

На скорости делец выскочил за угол - прямо к табличке “Осквернено”, только сейчас в полной мере поняв ее значение. Он распахнул дверцу ждавшей его черной машины и запрыгнул внутрь, чувствуя, как дико колотится сердце.

- Деньги взял? - не давая опомниться, проскрипел этот мерзкий вонючий старик.

- Отказался.

- Чего?! Я тебе за что вообще плачу?!..

Брызжа слюной, старик уставился на него, и Юрий аж поежился. Чернота сверкнула в иссохшихся глазницах, как далекий мрачный фонарь. Ну вот опять эти глаза. Зачем он вообще во все это полез?

- По-моему, - осторожно начал он, - этот дом не получится купить. Такое ощущение, что у него уже появился хозяин…

- С чего он появился?! - старикан аж закашлялся.

- Что ты несешь? С этим домом не справится какой-то юнец!

- Но это же сын…

- Павловский говорил, что его сына больше нет! Он же не зря это говорил! - старик, казалось, сейчас задохнется.

Тут можно здорово поспорить. Для того, кого нет, этот - подходящего слова до сих пор не подбиралось - был пугающе живой. Куда живее сидящей рядом мумии. Взгляд невольно упал на морщинистый палец, который украшало тяжелое кольцо с гербом.